Последние новости

АРТИСТ С ТЫСЯЧЬЮ ГРАНЯМИ

К 85-летию со дня рождения

Говорят, когда гаснет звезда, свет ее доносится до нас еще много лет. А уходит человек - остается легенда. Но ни одна легенда не способна передать ощущение живого Фрунзе Мкртчяна. Вместе со всем тем, что вызывает в нашем сознании его образ, какая человеческая простота, какое чувство юмора, какая радость жизни, какая наивность и непосредственность!

МЫ МНОЖЕСТВО РАЗ ВИДЕЛИ ФРУНЗИКА НА СЦЕНЕ СУНДУКЯНОВСКОГО ТЕАТРА, НА ЭКРАНЕ. Увидев раз, забыть его было невозможно. Его глаза, печальные и бездонные, вся его фигура способны были выражать состояние человека лучше всяких слов. Он был Артистом с головы до пят. Поэтому у него было много друзей по всему свету, людей, для которых его искусство олицетворяло радость, надежду, добро.

Многочисленные встречи с Фрунзиком подтверждали истину: художник сам по себе, его личность, его искусство - это загадка сродни тайне творения, но ключа к ней не дающая. В годы, когда работал Фрунзе, в нашем театре и кино было немало ярких актеров. Но именно Фрунзе удалось стать символом целого поколения. Почему созданные им образы переросли национальные границы, а популярность приобрела особый масштаб, и рукоплескания в Москве или Тбилиси, в Варшаве или Лос-Анджелесе были не менее восторженными и сердечными, чем в Ереване? В чем был секрет его актерской популярности? Казалось бы, никаких признаков звездного героя - ни яркой мужской красоты, ни белозубой улыбки, ни волевого подбородка. Не очень высокий рост, великоватый нос - объект его постоянных шуток, печальные глаза... А секрет как раз в том, что он был единственным в своем роде. Но во все, что он делал на сцене, он вкладывал свое сердце, благородство, вызывая добрые чувства в тех, кто был непосредственным свидетелем его игры.

Те, кто впервые видел Фрунзе вне сцены, говорили: какой простой, какой скромный. Те, кто знакомился с ним ближе, знали: он не был ни таким простым, ни таким скромным. В своем творчестве, в своей повседневной жизни он был человеком сложным, требовательным, восприимчивым, ироничным, искренним - разным!

Больше, чем кто-либо, Фрунзе не укладывался в какие бы то ни было рамки. Он был призмой с тысячью гранями, и казалось, что весь он целиком существует в каждой из них. В творческом порыве эти грани объединялись, чтобы обрести внутреннее единство. Его герои и в кино, и в театре - все остались в памяти - от Сагатела в спектакле "Из-за чести" Ширванзаде, Хлестакова в "Ревизоре", Труфальдино в "Слуге двух господ" до "Багдасар-ахпара", Казара ("Казар идет на войну"), Армена в фильме "Солдат и слон", Сирано в "Сирано де Бержерак", Рубена в фильме "Танго нашего детства"...

 АРТИСТ С ТЫСЯЧЬЮ ГРАНЯМИОДИНАКОВО УБЕЖДЕННО И СТРАСТНО ОН ИГРАЛ ДОБРЫХ И ЗЛЫХ, МОЛОДЫХ И СТАРЫХ, коварных и преданных - разве это не говорит о высочайшем уровне актерского мастерства! Кажется, в Мкртчяне жили несколько человек, которые легко и органично сменяли друг друга. Но это кажущаяся легкость. Кто не знает, с каким трудом связано перевоплощение, как с годами шлифуется каждая грань характера каждый раз по новому коду, шифр которого никому не известен.

Когда Фрунзик выходил на сцену, все преображалось. Его слова со сцены звучали так искренне, что все невольно проникались уверенностью в богоданности таланта. Оказывается, несложно быть актером. Выйти, говорить, плакать, не подавая вида, что ты делаешь вид... Такая зримость и естественность могут быть лишь даром свыше.

Ему были подвластны все регистры выразительности, и он с легкостью вплетал в свои роли лирические, драматические, комедийные мотивы, достигая предельной эмоциональной насыщенности. Отсюда и один из самых прекрасных феноменов искусства - иллюзия отождествления героя с актером, исполнителем роли. Это происходило от его удивительной, редкой артистичности. Физические данные были будто специально приспособлены к его игре.

Его образы в кино очень просты, но полны редкого жизнелюбия. Это не приземленные образы, они словно стоят над действительностью, чуть-чуть, но "над". И в этом умении Мкртчяна заключалось чудесное обаяние его искусства. Так, Армен из фильма "Мимино" сконструирован актером из множества ярких наблюдений над острословами родного Гюмри.

"Большинство актеров замыкаются в своих ролях и не обращают никакого внимания на то, что вокруг них происходит, - рассказывал мне как-то в беседе Вахтанг Кикабидзе. - Фрунзик интересовался всем: сценарием, игрой других актеров, работой оператора, установкой света, большими и маленькими проблемами, неизбежно возникающими во время съемок. Обычно киносъемки - кропотливая работа. Некоторые режиссеры даже в больницу попадают. А съемки "Мимино" не утомляли. Во всем присутствовал элемент игры, та радость актера, когда эмоции, даже самые сильные, доставляют наслаждение. С самого начала было ясно, что это будет интересная картина. Образовывалась странная пара из комедийной сказки, и она давала возможность выдумывать любые небылицы, импровизировать. Кстати, в картине много кусков, которых не было в сценарии, не было сначала и героя-армянина. Был Мимино и кавказский русский. Но пара получилась не совсем правдоподобной, и начался разговор о выборе другого актера. И вот тогда появился Фрунзик. В нем бурлила какая-то удивительная склонность к розыгрышам. Признаться, я "разыгрывателей" не люблю. Они обычно с веселым ржанием обижают человека, но от милых розыгрышей Фрунзика, веселых и беззаботных, сами "жертвы" приходили в телячий восторг".

У музыканта должен быть абсолютный слух, у актера - абсолютное чувство правды. Этим качеством Фрунзе обладал в полной мере, поэтому в его ролях могут быть места менее удачные, менее совершенные, но фальшивых нет. Безотказная интуиция помогала ему безошибочно отличать погоню за правдоподобием от глубокой правды искусства.

"Он был рожден для театра, - говорил Хорен Абрамян. - Он излучал какой-то внутренний свет. Играть с таким талантливым партнером, как Фрунзик, было истинным счастьем. Когда он оказывался рядом, даже начинающие актеры чувствовали прилив сил, работали с большей уверенностью. В работе он проявлял себя великим товарищем".

 АРТИСТ С ТЫСЯЧЬЮ ГРАНЯМИВ НЕБОЛЬШОМ ДОКУМЕНТАЛЬНОМ ФИЛЬМЕ - ЭТЮДЫ ИЗ ЦИКЛА "ДЕЯТЕЛИ АРМЯНСКОГО КИНО" (авторы - Гурген Гадачик и Армен Ватьян) показаны репетиции последнего спектакля "Жена пекаря", поставленного в театре Мкртчяна, где он сыграл главную роль. В это время актер уже был тяжело болен. В кадрах он расставляет актеров по сцене, подает команды, что-то объясняет. Поразительно его лицо: необыкновенно подвижное, оно выражает то изумление, то сосредоточенность, то просьбу, то ужас, то освещается чистой, как у ребенка, радостью. В конце фильма в душу западает его прощальный взгляд на мир, который он так любил, и мы уже не видим его лица, а только глаза - улыбающиеся, но словно желающие скрыть что-то важное. А может, это только показалось?

...Однажды я навестила его в больнице. Фрунзик тут же с присущим ему артистизмом посмеялся над собственной болезнью, рассказал несколько курьезов. Можно было подумать, что он просто вживается в новую роль.

Фрунзик не был чужд славе. Но ему ненавистно было положение "звезды". Это была не рисовка, не кокетство, не показная скромность. Он глубоко чувствовал необходимость быть прежде всего живым среди живых, а не "идолом" в лучах прожекторов. Он был всеобщим, по-настоящему народным любимцем, но прежде всего хотел быть Человеком.

 

Как-то я встретила Фрунзика около СТД на проспекте Маштоца. Как всегда, он куда-то спешил. Слегка кивнув и улыбнувшись мне, он шагнул с тротуара на проезжую часть улицы, поднял руку и... остановил движение. Все водители, как по команде свыше, затормозили и распахнули дверцы машин...

Основная тема:
Теги:

    ПОСЛЕДНИЕ ОТ АВТОРА

    • ЭМЕРСОН-КВАРТЕТ - СТРАННИК В МИРЕ ГАРМОНИЙ
      2017-11-22 16:13
      410

      Однажды кто-то из музыкантов справедливо заметил: "Все устали от высокой шкалы звучностей, которая сопровождает нашу жизнь. Душа запросила тишины..." Эту музыку без высокой шкалы звучностей недавно нам преподнесли ярчайшие музыканты "Эмерсон-квартета" Юджин Дракер (скрипка), Филип Зетцер (скрипка), Лоуренс Дюттон (альт), Пол Ваткинс (виолончель). 

    • МИНОРНОЕ ИСКУССТВО ЖАНСЕМА
      2017-11-15 16:18
      3616

                      В армянском изобразительном искусстве диаспоры немало художников, получивших всемирное признание. Среди них Жансем (Ованес Семирджян), которому принадлежит особое место в блестящем созвездии талантливых мастеров Франции. Представитель творческого направления мизерабилизма, (певцов обездоленных), лидерами которого были Франсуа Грюбер, Бернар Бюффе, Гарзу, он шел в искусстве своим путем, не приспосабливаясь к господствующим вкусам и требованиям. 

    • ВОЗВРАЩЕНИЕ "ПОЛИУТО"
      2017-11-14 13:38
      4751

               "Чем будем удивлять?" - этот сакраментальный вопрос, очевидно, задавали себе многие, кто в этот день пришел на премьеру спектакля "Полиуто". Стряхнув многолетнюю пыль с либретто и рискуя проиграть без звездных имен авторов постановки - народных артистов республики режиссера Тиграна Левоняна, выдающегося дирижера Огана Дуряна и знаменитого сценографа Евгения Софронова, эта опера Доницетти вернулась туда, откуда начала шествие на армянской сцене - в Национальный оперный театр им. А.Спендиарова.

    • ГОРИТ ЕЕ ЗВЕЗДА
      2017-11-10 14:58
      3836

      Сколько о ней можно рассказать разного? О ее жизни на сцене. Восстановить в памяти ее песни - тоже разные, ни одна не похожа на другую. Или рассказать о ее увлечениях, пристрастиях - их так много, что хватило бы на несколько жизней. Она прожила короткую, но яркую жизнь. В этом году ей исполнилось бы 60 лет, и уже пять лет ее нет с нами.






    ПОСЛЕДНЕЕ ПО ТЕМЕ