«Начало»… «Мы»… «Жизнь»… «Обитатели»… Наконец, «Природа». Их создатель, как обычно, лаконичен в названии и эпичен в форме и смыслах. В столичном кинотеатре «Москва» состоялась ереванская премьера фильма «ПРИРОДА», созданного после 27 лет творческого перерыва 83-летним патриархом мировой документалистики Артаваздом ПЕЛЕШЯНОМ.
В 2006 ГОДУ ФИЛЬМ «ПРИРОДА» БЫЛ ЗАКАЗАН ПЕЛЕШЯНУ Фондом современного искусства Картье (Fondation Cartier pour l’art contemporain). В создании новой ленты Мастера поддержали армянский фонд «Folk Arts Hub» и немецкий — «ZKM FILMINSTITUTE», а съемочный процесс занял почти 15 лет. Гонорар за картину в размере 15 000 евро его создатель перечислил всеармянскому фонду «Айастан» для поддержки Арцаха.
Премьера «Природы» — картины, которую Артавазд Пелешян посвятил своей супруге Аиде Галстян, – состоялась осенью 2020 года в Париже и вызвала широчайший резонанс. Ведущие французские периодические издания посвятили многочисленные статьи великому армянскому кинематографисту, снявшему картину после 30-летнего люфта. Мировую фестивальную премьеру фильм легендарного армянского кинорежиссера получил на 59-м Нью-Йоркском международном кинофестивале в Линкольн-центре (NYFF-2021).
Проделав большой путь по экранам от Нью-Йорка до Кореи, «Природа», наконец, оказалась на родине своего создателя, где удостоилась должного приема. Вход на показ был свободный, и зал был переполнен почти за час до назначенного времени. Свободных мест не было не только в обычном понимании. Их не было на дополнительных стульях, на полу — на каждом квадратном метре, где можно было стоять. Ереванский зритель встретил Артавазда Пелешяна как должно — эмоционально, восторженно, с трепетом. А после окончания фильма все изначально испытываемые чувства утроились — сцены картины, экранная природная буря, перенеслись в зал, повисли в воздухе, разразились выдохами восхищения и, наконец, громом аплодисментов.
«Мне предложили сделать фильм о стихийных бедствиях. Представители фонда «Cartier» видели мой фильм о Вселенной, где речь шла о технических катастрофах, и захотели еще один подобный. Я согласился, мы начали работать в Париже и сделали эту картину», — перед показом Артавазд Пелешян, как обычно, был крайне немногословен.
А в состоявшейся еще в 1992 году беседе с Жан-Люком Годаром, опубликованной в Le Monde, великий режиссер заметил: «Часто говорят, что фильм — это синтез других искусств, но я думаю, это не так. Для меня кино восходит к Вавилонской башне, то есть к эпохе, когда еще не произошло разделения на разные языки. По техническим причинам кино появилось после других искусств, но по определению оно им предшествовало… Я стремлюсь к монтажу, который способен создать эмоциональное магнитное поле вокруг себя».
Это эмоциональное магнитное поле не отпускает на протяжении всего просмотра «Природы». В новом фильме Артавазд Пелешян снова обратился к главной теме своего творчества — единства и борьбы человека с окружающим миром. Величественные и пугающие силы природы — сметающие все на своем пути наводнения и безжалостные цунами, перевернувшиеся айсберги и антрацитово-черные облака пыли — все это поймано в объектив и смонтировано уникальным пелешяновским способом как мозаика катастроф. И все эти разрушения аранжированы великой гармонией — музыкой Шестаковича, Бетховена, Моцарта, Тиграна Амасяна и Авета Тертеряна, естественными звуками природных явлений.
Казалось бы, 60 минут наблюдения за процессом уничтожения должны породить страх и переосмысление, но единственное чувство, которое возникает — принятие. Принятие Грехов — прошлых и будущих, но за которые обязательно придется платить. И если в случае «человек — человек» есть шанс получить прощение и избегнуть расплаты, то в случае с Природой опции «индульгенция» не предусмотрено. Это правитель, который не знает пощады. Мы видим, как цунами и наводнения сметают все на своем пути, как землетрясение за несколько секунд превращает городские кварталы в руины. Вывод очевиден — в Космогонии Артавазда Пелешяна человек беспомощен перед слепой яростью разбушевавшейся стихии, он вовсе не Царь природы. Это Природа — царь, властелин и вершитель судеб. И в этом суть природы и «Природы» «легендарного армянского визуального эссеиста».
В этом грандиозном, эпичном завораживающем авторском высказывании суть режиссера, о котором его учитель Леонид Кристи написал когда-то: «Я полагаю, что в документальном кино сегодня, как в советском, так и в зарубежном, Пелешян — самый блестящий художник. Говорю это не для того, чтобы унизить всех остальных, но он неподражаем в виртуозности и самостильности». В этом суть природы и «Природы» Артавазда Пелешяна.
Аревик МОСИНЯН
