Книга «Арцахские
свидетельства» (составитель Максим Восканян) принадлежит к редкому в наши дни
жанру, основанному на сборе и записи устных историй, имеющих в той или иной степени
отношение к вере и религии. Автор подчеркивает, что напечатанное взято из рассказов
очевидцев, и зачастую прибегает к толкованию различных эпизодов посредством
цитат из Библии и собственной оценки случившегося.
СЛОЖНЫЙ (НЕ В
СМЫСЛЕ ФОРМЫ, А НАПРАВЛЕННОСТИ КНИГИ) ЖАНР в эпоху буйного цветения и плодоношения
«общечеловеческих ценностей», попирающих ряд основополагающих
библейских канонов, не так-то просто воспринимается читателем, прошедшим
определенный путь развития по сравнению с эпохой возникновения христианства. Сегодня
гораздо сложнее собирать продвинутое человечество под знамя Христоса, чем в
эпоху поголовного невежества современников сына Марии. Автор стремится укрепить
в вере читателя посредством свидетельств, а, может быть, и откровений. И в ряде
случаев это у него получается.
МАКСИМ ВОСКАНЯН
РАССКАЗЫВАЕТ О РАЗНЫХ ИСТОРИЯХ, ЗНАМЕНИЯХ, ДЕТАЛЯХ, взятых из современной истории
Арцаха. По законам жанра рецензенту полагается сначала похвалить, а потом
подсунуть ложку дегтя. Но я как атеист поступлю наоборот. Оно и понятно, ведь на
странице 82 автор утверждает, что «написал эту книгу для верующих. Потому
что человек безверия — суть преступник прежде всего против себя». Проглочу
и поведаю преступным образом еще о некоторых, явно неприемлемых для меня
суждениях.
Не надо ни историку, ни очевидцу, ни военному, ни
близкому к событиям журналисту углубляться в сложные нюансы потери Арцвашена и
Шаумяна с попыткой начисто подредактировать роль во всем этом Вазгена
Саркисяна. Как скромный восприниматель факта падения Арцвашена, я до гробовой доски
буду помнить прозвучавшее тогда в прямом эфире АТ (и прокрученное в записи
вечером) выступление Вазгена Саркисяна о том, что в падении Арцвашена
виноваты… сами арцвашенцы. Думаю, эти слова из уст министра обороны
запомнились не только мне.
Не хочу продолжать тему Вазгена Саркисяна и в событиях
вокруг Шаумяновска. Об этом прямо и аргументированно писал хотя бы честнейший
полковник Днеприк Багдасарян в своей книге «Противостояние».
Почитайте и врубитесь. Прибавлю лишь (раз речь о Шаумяне), что мысль Восканяна
(стр. 59) о том, что Шаумяновский район пал (видишь ли) потому, что жители
этого района отдалились от веры (???), — прямой путь к русской поговорке об
одном человеке, который получил травмы легкой степени тяжести ввиду особого
усердия при выполнении определенных религиозных обрядов.
А ТЕПЕРЬ О ТОМ,
ЧТО ПОДОБРАЛОСЬ, НА МОЙ ВЗГЛЯД, ЦЕННОГО В СВИДЕТЕЛЬСТВАХ. Впрочем, читатель сам найдет и
оценит легенду-быль о том, как азербайджанцы наступали на Каринтак (деревню под
Шуши), и защитники взмолились о передышке, паузе перед боем, чтобы успеть
эвакуировать детей и женщин. И Господь наслал тучу, на полчаса отделившую
нападавших от защитников. Потом был бой, из защитников полегли семеро,
азербайджанцы потеряли 79 человек, остальные удрали.
Восканян с любовью вспоминает о поэтессе Метаксе (недавно
ушедшей из жизни), о ее призыве вязать варежки и носки для бойцов в Арцахе. О
подвигах, а точнее — житие Вардана Степаняна (Душмана), парня, ушедшего воевать
в Арцах с 4-го курса юридического факультета ЕГУ. Ушел, потому что правосудие и
патриотизм нужно было отстаивать и доказывать там. Он не принадлежал ни к одной
из партий, ибо, подобно Нжде, считал, что партийность — роскошь для армян.
Сегодня мало кто воздает должное Душману, и Восканян стремится восполнить этот
пробел.
Среди множества историй и персонажей есть одна, тянущая
на киносценарий. Автор со слов художника Никола Агабабяна рассказывает об одном
французском армянине из Прованса. Когда-то у него была возлюбленная,
француженка, но молодые расстались, причем парень не знал, что его подруга
носит под сердцем ребенка. Прошли годы. Родился и подрос мальчик.
Неосведомленный отец женился на армянке, а француженка ни слова не сказала сыну
об армянских корнях.
Пришло Карабахское движение, и мальчик по имени Жак
(Акоп) почему-то живо заинтересовался тем, что происходит в Армении. Потом
вдруг почувствовал, что хочет быть там, и сказал об этом матери.
— Сын мой, — сказала француженка. — Я хотела, чтобы ты
вырос французом. Но не получилось. На все воля Божья… Твой отец армянин.
Только он не знает о твоем существовании…
— Я его найду, — ответил сын. — А пока еду в Арцах.
Парень уехал на войну и не только победил, но еще и нашел
любовь в Арцахе и привез любимую в Париж. Теперь у них две дочери. И семья
живет наполовину в Париже, наполовину в Арцахе. А заодно Акоп отыскал своего
отца Ованеса и повез его в Ереван — показать отцу армянскую землю. С тех пор
они часто наведываются на родину всех армян.
Вот такой занятный сюжет есть в «Арцахских
свидетельствах». И другие интересные истории и повороты. Почитайте. И
извлеките из прочитанного мораль, как это советует М.Восканян, завершающий
большинство эпизодов традиционным «Аминь», к которому мне нечего
прибавить.
