Судьба старого терминала аэропорта «Звартноц» по сей день остается неопределенной: есть сведения, что его могут разрушить. В состоянии ли общественное мнение Армении спасти выдающееся культурное наследие, как это было с Летним залом кинотеатра «Москва»? Есть ли еще надежда найти возможность и вдохнуть вторую жизнь в этот удивительный символ эпохи модернизма?
НАПОМНИМ, ЧТО В 2013 ГОДУ ЗАО «АРМЯНСКИЕ МЕЖДУНАРОДНЫЕ АЭРОПОРТЫ» РАСПРОСТРАНИЛО ЗАЯВЛЕНИЕ, что старое здание «Звартноца» представляет опасность для окружающих и не соответствует современным стандартам аэронавигации. Решение о сносе здания вызвал жесткую критику среди архитекторов, утверждающих, что комплекс «Звартноца» — историческая ценность.
Тем не менее, в 2016 году мэрия Еревана предоставила концессионеру ЗАО «Армянские международные аэропорты» разрешение на частичный демонтаж старого здания «Звартноца». Концессионер представил новый проект, согласно которому будет сохранена только диспетчерская башня, а старый терминал снесен. Между тем позиция армянских архитекторов остается неизменной: здание должно быть сохранено полностью.
Один из символов Армении — «Звартноц» был построен по проекту архитекторов Артура Тарханяна, Спартака Хачикяна, Левона Черкезяна, Жоржа Шехляна, Артура Месчяна. В эксплуатацию был сдан в 1980 году, войдя в список шедевров советского модернизма.
В беседе с корр. «ГА» дочь Артура Тарханяна, архитектор Анаит Тарханян отметила, что вдохновленная передовыми аэропортами Европы, группа архитекторов создала проект с собственным уникальным стилем.
«Изначально Артур Тарханян, Спартак Хачикян и коллеги предлагали традиционное решение – вытянутый терминал, подобный таллинскому аэропорту, – сказала А. Тарханян. – Однако после визита в Германию и знакомства с аэровокзалами Кельн-Бонна и Франкфурта подход к проектированию был изменен. Авторы радикально пересмотрели организацию пространства, что привело к созданию новаторской радиальной схемы, где форма органично вытекала из функциональных требований. Первоначальная звездообразная структура была оставлена в пользу единого кольцевого объема. Благодаря такому ходу удалось сократить протяженность пассажирских маршрутов и создать оптимальную систему распределения потоков. Центральным элементом композиции стала 61-метровая башня управления с рестораном на верхнем уровне. В интерьерах доминировал минимализм: открытые бетонные поверхности, мраморная облицовка и витражи, создающие игру света и тени. Монолитный бетон использовался как важный стилистический элемент.
«Звартноц» казался фантастикой в 1970-е годы, что отражалось даже в самом названии: в отличие от безликих советских топонимов вроде «Северный» или «Центральный» Звартноц получил имя в честь древнего армянского храма VII века, расположенного неподалеку».
С распадом Советского Союза начались перемены. Новые технологии строительства предопределили конец «Звартноца». И при росте пассажиропотока в 1990-х единственным решением казалось строительство дублирующего здания-близнеца. В 2000-х годах рядом построили обычный современный аэровокзал, а старый «Звартноц» окончательно закрыли в 2011 году. С тех пор некогда величественное здание стало медленно разрушаться. Пока лишь башня по-прежнему возвышается над заброшенными руинами, напоминая о былом величии.
АРТ-КРИТИК РУБЕН АРЕВШАТЯН ЗАЯВИЛ, ЧТО ЗДАНИЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ ЦЕЛУЮ ЭПОХУ и считается одним из ярчайших проявлений и символов советского позднего модернистского зодчества. В Вене на 19-м архитектурном конгрессе однозначно акцентировалась исключительная важность советского модернистского архитектурного наследия второй половины XX века.
К сожалению, в бывших республиках СССР, в том числе и в Армении, это наследие недооценивается, и многие архитектурные шедевры подверглись варварскому истреблению или грубому, вандалистскому трансформированию в несуразные формы. Вспомним такие замечательные здания, как Дом молодежи, гостиница «Севан», Крытый рынок, кинотеатр «Россия», Летний зал кинотеатра «Москва», кафе «Арагаст» и другие.
«Я помню, как критиковали советскую модернистскую архитектуру, говоря, что она неудобна и не имеет ничего общего с национальной идентичностью, — заявил Рубен Аревшатян. — Но эта архитектура, как показало время, была социально направлена, и это были принципы, сформированные корифеями армянской архитектуры — М.Мазманяном, К.Алабяном, Г.Кочаром, О.Маргаряном, С.Сафаряном. Если здание аэропорта «Звартноц» утратило свою утилитарную функцию, то его архитектурное значение ценно само по себе. Здание ни в коем случае нельзя разрушать. Более того, по итогам работы Венского конгресса 2017 года была принята резолюция, обращенная к властям бывших союзных республик, а также к соответствующим структурам Евросоюза, ЮНЕСКО, ИКОМОС и Международному союзу архитекторов с настоятельной просьбой признать ценность сооружений советского модернизма и обеспечить их сохранность для будущих поколений, так как эта архитектура является неотъемлемой частью общечеловеческого культурного наследия».
Кстати, не только отечественные, но и британские архитекторы призывают спасти старый терминал «Звартноца», который, согласно статье в Daily Mail, «похож на монолитный космический город, словно сошедший со страниц научной фантастики, в действительности же он был одним из драгоценных камней в советской короне».
Защитники старого терминала указывают на мировой опыт: во многих странах старые аэропорты и промышленные здания превращают в арт-пространства, музеи или бизнес-центры. Например, берлинский аэропорт Темпельхоф стал огромным парком, а в здании бывшего аэровокзала Нью-Йорка теперь работает ресторан и музеи и арт — пространства.
Британские архитекторы, в том числе Тим Флинн, называют «Звартноц» выдающимся образцом модернизма и призывают спасти его от сноса. По мнению экспертов, такие здания – это свидетельства инженерной мысли своей эпохи, достойные сохранения.
Пока дискуссии продолжаются время работает против старого терминала. Владельцы аэропорта все больше склоняются к идее сноса большей части здания, чтобы освободить место для новых построек. Нас приучили к мысли, что частная собственность священна, а владелец в качестве концессионера обладает определенными правами. Кстати, не мешало бы в таком случае узнать все нюансы договора между господином Эрнекяном и правительством РА.
Судьба Звартноца – это вопрос о том, как мы относимся к своему наследию. Сносить ли все устаревшее, чтобы освободить место новому? Или находить способы вдохнуть вторую жизнь в памятники прошлого?
