В ереванском Центре искусств «Гафесчян» состоялась презентация справочника-путеводителя «Ереван: Архитектура советского модернизма 1955-1991». Ее авторы — историки архитектуры Анна Броновицкая, Елена Маркус, Юрий Пальмин. Cборник из серии, посвященной архитектуре советского модернизма в крупных городах бывшего Советского Союза, вышел в свет в московском издании «Гараж» при поддержке группы компаний «Ташир» и лично первого вице-президента группы Татевик Карапетян. Проект реализован в рамках долгосрочной стратегии группы компаний «Ташир» по поддержке культурного наследия Армении.
В БЕСЕДЕ С КОРР. «ГА» АННА БРОНОВИЦКАЯ ОТМЕТИЛА, ЧТО В АРМЕНИИ ОЧЕНЬ СИЛЬНЫ национальная традиция и чувство национальной культуры, которые окрашивают даже экстерьеры того времени, когда архитекторы всего мира стремились к интернациональности, современности и будущему. В архитектуре Еревана присутствует как чистый модернизм, так и специфические по своей стилистике здания.
«Если мы говорим о том периоде, которому посвящена наша книжка, советский модернизм вообще — это позднесоветская архитектура,- сказала А. Броновицкая.- Вот у нас был авангард в 1920 гг. Было то, что мы называем — очень неточно — «сталинской» архитектурой. Она историзирующая, пользующаяся колоннами, лепниной и какими-то прототипами старыми. А в начале 1960 произошло возвращение к современной архитектуре, к индустриальным методам строительства.
Для Армении, в том числе для ее партийных лидеров, национальные интересы и национальная культура были безусловным приоритетом. Из этого вытекает, в частности, отсутствие резкого конфликта как между коммунистами и представителями церкви, так и между поколениями архитекторов – модернисты 1960-х уважительно относились к наследию Таманяна и мастерам, работавшим в 1930–1950-х в историзирующем ключе.
У большинства армянских архитекторов даже 60-х гг., тем более 70-х и 80-х гг., было желание встроить свои проекты в историю армянской архитектуры, то есть использовать какие-то мотивы, декоративные приемы и, конечно, камень,- сказала А. Броновицкая. — Это книга — путеводитель, она для широкой аудитории. Но в то же время мы старались все сделать на академическом уровне: чтобы была проверена вся информация, были планы, правильные имена, даты, ссылки на источники информации и так далее.
Я сказала бы, что Ереван очень мифологизированный город. Став столицей в трагический момент истории армянского народа, вскоре после геноцида 1915 года, он жестко стер прежние следы. Вместо этого была сконструирована преемственность с совсем далеким прошлым, древней цивилизацией Урарту, что позволило отпраздновать в 1968 году 2750-летие города. Но новую символическую форму Ереван получил еще до того, как в 1950 году археологи нашли камень с клинописной надписью об основании крепости Эребуни. В 1920-х Александр Таманян наложил градостроительную модель идеального города на естественный рельеф таким образом, что Ереван оказался ориентирован на священную для армян гору Арарат, пусть и находящуюся ныне по другую сторону государственной границы. Такие мощные образы несколько мешают видеть реальную историю, критика сложившегося нарратива воспринимается болезненно, поэтому мы попросили написать градостроительный очерк ереванского коллегу, научного редактора нашей книги Карена Бальяна.
ОДНОЙ ИЗ НАШИХ ЗАДАЧ БЫЛО ВЫЙТИ ЗА ПРЕДЕЛЫ СФОРМИРОВАВШЕГОСЯ КАНОНА, иерархии мастеров армянской архитектуры 1960-х – 1980-х годов. Например, мы поместили на обложку фасад Международной телефонной станции Армена Агаляна и Григория Григоряна. Большинство наших ереванских респондентов отзываются об этом и других зданиях этих авторов не так уж доброжелательно, считая бетонные кружева грехом против хорошего вкуса, а мы видим в них оригинальность и, одновременно, включенность в международный контекст.
Изучение истории архитектуры в рамках города, тем более столицы национальной республики, – дело неизбежно коллективное и многоэтапное. Мы включились в процесс, начатый еще в советское время Арцвином Григоряном и Мартином Товмасяном и выведенный в современность многолетним проектом Георга Шельхаммера и Рубена Аревшатяна, посвященным советскому модернизму в республиках СССР, а также выставкой Венского центра архитектуры «Советский модернизм 1955–1991: Неизвестные истории» (2012).
Отдельная важная тема, которой, безусловно, хотелось бы уделить больше внимания, а еще лучше – увидеть ее предметом самостоятельного исследования, – это женщины-архитекторы и их роль в формировании облика Еревана. Достаточно открыть онлайн-страницу армянской энциклопедии фонда «Хайазг» и посмотреть категорию «Архитекторы», чтобы убедиться, как много женщин принадлежало к этой профессии. Так, первая армянская женщина-архитектор Анна Тер-Аветикян уже в 1930–1950-е годы реализовала в Ереване значительное число проектов, а среди работавших в 1960–1980-е годы наиболее известны имена Жанны Мещеряковой, Рузан Алавердян, Маргариты Айрапетян. Однако даже о них нам удалось узнать удивительно мало, особенно по сравнению с обилием архивных материалов, воспоминаний, книг и статей, посвященных их коллегам-мужчинам, в то время как в справочных статьях нередко прежде всего указывается, чьей дочерью или женой была та или иная архитектор. Эту печальную закономерность, в принципе характерную для профессии, хотелось бы изменить.
При работе над книгой мы встречались с людьми, разговаривали с архитекторами. Некоторые из работавших в 70-80-е гг еще живы, и они очень помогли при сборе материала. Мы много встречаемся с потомками. Потому что Армения — страна достаточно патриархальная, здесь родителей, бабушек-дедушек уважают и часто хранят их архивы. Поэтому мы опираемся на человеческие связи».
АННА ЮЛИАНОВНА ПОДЧЕРКНУЛА, ЧТО В АРМЯНСКОЙ СТОЛИЦЕ ЕСТЬ ТАКИЕ ЖЕ ПРИЗНАКИ модернистского градостроительства как, например, появление очень высоких зданий в сложившейся уже таманяновской среде центра Еревана.
«Сначала это приветствовалось, говоря, что наконец Ереван становится современной столицей, но быстро опомнились и заметили, что разрушается художественный замысел,- продолжила Броновицкая. — И другие архитекторы стали думать, как вписать то, что они строят сейчас, в традицию новой армянской архитектуры, которая восходит к Рафаелу Исраеляну, Самвелу Сафаряну и другим мастерам.
Чистый модернизм в Ереване — это, например, знаменитый знак «Чайка» на въезде с Севанского шоссе, павильоны Выставки достижений народного хозяйства Армении, кинотеатр «Россия». Но в городе есть также специфические, армянские по своей стилистике здания, где присутствует камень — знаменитый армянский туф c орнаментом, резьбой. Например, музей «Эребуни».
Один из самых замечательных памятников модернизма в Ереване, пребывающий сейчас в ужасном и запущенном состоянии, это Летний зал кинотеатра «Москва». Это шестидесятые годы, великолепный модернизм, можно даже сказать, брутализм, потому что там много открытого бетона и скульптурная форма, какие-то отверстия через которые росли деревья. И это очень здорово!
Особо хочу отметить те сооружения, которые построены в 1980 гг. Например, феерическое здание — спортивно-концертный комплекс имени Карена Демирчяна с очень сильной, необычной архитектурной формой, новаторской конструкцией, технологиями. Или аэропорт «Звартноц», Дом Камерной музыки, стадион «Раздан»
Мы постарались показать все разнообразие армянской архитектуры этого периода, ознакомить с ними широкий круг читателей».
В справочнике представлены наиболее значимые объекты армянского модернизма: Дом молодежи, Матенадаран, кафе «Арагил», Кольцевой бульвар, театр им. Сундукяна, Канатная дорога и многие другие.
