Все известные истории тираны и диктаторы повторяли один и тот же путь во власти. Последовательность динамики неизменна: популизм — безграничная любовь народа — утрированное восприятие своей исключительности и установление культа личности — уход от реальности — впадание в маразм – безумие — леденящий кровь страх покушений – террор — насилие – бунт — позорное падение. Это фатум, настигающий всех без исключения особей подвида политических извергов, дорвавшихся до власти.
ТИРАНИЯ И ДИКТАТУРА НЕ ПРЕДПОЛАГАЮТ ВЫБОРА. Это глубокая колея, вступив на которую, особь не в состоянии свернуть с пути и будет неизменно двигаться к фиаско. Вопрос только в том, какой уровень разрушения системы оставит деспот после своего неминуемого краха. Поликрат Самосский, Калигула, Пол Пот — список не имеет конца и, похоже, готов пополниться еще одним диктатором, которого подарит мировой истории скромная Армения, доселе не имевшая подобного опыта. Наш кандидат сейчас уверенно мчится вперед, находясь где-то между «станциями» «уход от реальности» и «маразм».
Когда Пашинян распорядился поменять номера своей служебной автомашины на гордо красующуюся цифру 1, в этом не было уже никакой сенсации. Это было вполне ожидаемой инициативой, поскольку его уже целиком и полностью поглотила болезнь упоения собственным величием. Причем величием не просто в политическом измерении, а в срезе многотысячелетней истории.
В сакральной нумерологии цифра 1 имеет два значения. Одно из них — первый, второе — единственный. Какой из этих смыслов более прельстил нашего субъекта? Понятие «первый» слишком узко для реализации его амбиций — гиперболизированная самооценка субъекта обсуждения уже переросла этот уровень. Едва ли Никола удовлетворил бы статус, предполагающий, что за спиной идет второй, третий, четвертый и т д.
Другое дело, когда за спиной и рядом не должно быть видно абсолютно никого. Тогда цифра 1 на пустом пространстве приобретает смысл единичности, исключительности. На номерном знаке автомашины Пашиняна нет больше ничего — ни букв, ни привычных нолей, указывающих на логику первичности, но не исключительности, — лишь 1 (единица) и флаг. Это и есть отождествление себя, любимого, с государством, это и есть претензия на замену самой идеи государства собой. Без каких-либо преувеличений.
Так что, для определения диагноза данного лица и стадии деградации его психологического портрета уже не нужно заглядывать в анкету и анализировать речи, мимику и поведение на людях, достаточно лишь зафиксировать факт с номером его автомашины. Это есть квинтэссенция степени патологии. Человек окончательно слетел с катушек политического и житейского благоразумия и без оглядки идет по классическому пути собратьев по болезни — тиранов. Будут еще и террор, и узурпация власти через кровь, и много-много других страшных вещей.
КТО НЕ ВЕРИТ — ПУСТЬ ПРОЛИСТАЕТ «ЖИЗНЬ 12 КЕСАРЕЙ» ГАЯ СВЕТОНИЯ ТРАНКВИЛЛА и особо задержится на главе о Нероне. Добротная фактология, приправленная безупречным художественным вкусом. Между прочим, эта глава зеркально, вплоть до мельчайших деталей, отражает нашу с вами печальную действительность и морально-психологический портрет субъекта, ее сотворившего.
Клавдий Цезарь Август Германик, он же Нерон, не катался, как Никол Воваевич Пашинян, на велосипеде, не строил пальцами пошлые «сердечки» и не бил в барабаны на дискотеках. Но тоже постоянно донимал римскую публику бесталанной игрой на арфе, чудовищно бездарными стихами, отвратительным пением, более походящим на козлиное блеяние, и борцовскими состязаниями, в которых настоящие чемпионы под страхом смерти должны были ложиться на лопатки под мягкотелым кесарем.
Стяжавший в самом начале своей власти любовь и поддержку масс Нерон разбазарил их своей глупостью, жестокостью, политической недальновидностью и, конечно же, неуемной тягой во всем быть первым, незаменимым, единственным. Кесарь буквально страдал манией величия и сделал заложником своих фобий и патрициев, и плебс, долженствующих почитать его как божество во плоти.
В итоге дела государственные были запущены, границы страны стали рушиться, Рим охватил голод, а возмущенные массы только и делали, что под страхом быть казненными преторианцами, хлопали в ладоши бесконечным нероновским декламациям и борцовским «подвигам». Вскружившая тирану голову дурь довела империю до ручки. Венцом его бесчинств стал кровавый террор против христиан, который на самом деле еще более сплотил их ряды, и, конечно же, сожженный дотла Рим…
Какие, однако, параллели! Разве что Ереван мы спаленным не увидим. Впрочем, как знать? Абсолютная идентичность в остальном наводит на самые ужасные прогнозы.
Но есть все-таки одно очень важное, но внушающее самую большую тревогу отличие. Ко времени восшествия Нерона на престол Рим уже был налаженной и прочной системой, которая пошатнулась за время его тирании, но выстояла и в итоге стряхнула безумца из своей истории, оставив лишь позорную память о нем.
То ли дело наше с вами государство, которое подобный опыт самодурства деспота едва ли выдержит…
