Потомственный итальянский аристократ Карло Чезарини слывет в Европе "настоящей энциклопедией по кавказскому дворянству". Удивляться этому не приходится: Чезарини в родстве с представителями самых известных фамилий Италии, России, Польши, Венгрии, Грузии, Армении… Когда в прошлом году он впервые приехал на родину матери Анаид Сарухан-Бек в Ереван, мы рассказали о нем в публикации "Итальянец с душой и сердцем армянина".
СЕМЬЯ ЧЕЗАРИНИ ПРИНАДЛЕЖАЛА К СТАРИННОМУ КНЯЖЕСКОМУ РОДУ, родные его были в стране людьми известными: отец – адвокат, дед-сенатор, дядя возглавлял Банк Италии. Гордиться было чем, но армянские гены матери, по словам Карло, ему всегда были особенно дороги, поэтому он и прибавил к фамилии Чезарини материнскую фамилию и стал Карло Чезарини Сарухан-Бек. "Внешностью, — говорит он, — я пошел в отца, но, глядя в зеркало, вижу выражение матери".
Анаид – красавица и умница, окончившая юридический факультет Московского университета, была, по отзывам современников, женщиной незаурядной, дружила с Пуччини, Маркони, членами королевских семей Бурбонов, Габсбургов, Савойя, занималась переводами научных и юридических текстов. В годы Первой мировой войны, будучи еще совсем юной, организовала у себя на дому во Владикавказе небольшой госпиталь, где лечили раненых солдат и офицеров. В годы Второй мировой войны, живя в Италии, помогала попавшим в беду людям, не разделявшим взглядов Муссолини. Ее отец — статский советник Артемий Сарухан-Бек, член суда Ереванского округа, кавалер русских орденов Святой Анны и Святого Станислава, персидского ордена Льва и Солнца — умер, когда Анаид была еще крохой. Воспитывалась она в семье дедушки со стороны матери, известного ученого, литературоведа, друга Льва Толстого, статского советника Иосифа Адамяна, жившего во Владикавказе. Но с генеалогией древа Сарухан-Бек была хорошо знакома, знала, что бабушка ее была сестрой генерала Хосрова Долуханова, племянницей генерал-лейтенанта князя Валерия (Ростома) Мадатова. Спустя годы Карло Чезарини, гордясь своими армянскими корнями, расскажет о них в своих книгах. Сейчас он работает еще над одной книгой, фрагмент которой прислал в редакцию.
"В ОКТЯБРЕ 1914 ГОДА ТУРЦИЯ ВСТУПИЛА В ВОЙНУ С РОССИЕЙ НА СТОРОНЕ ТРОЙСТВЕННОГО СОЮЗА. В декабре император Николай Второй совершил поездку на Кавказ, чтобы встретиться с солдатами и офицерами, проявившими самоотверженность и мужество в нелегких боях. "Дикую дивизию", в которой служили кавказцы разной этнической принадлежности и вероисповедания, возглавлял брат императора — великий князь Михаил, с которым была дружна семья Адамовых (Адамянов).
В маршрут Николая Второго входило посещение Екатеринодара, Дербента, Тифлиса, Карса, Владикавказа, Ростова-на-Дону. Император всегда проявлял особый интерес и доброжелательность к кавказцам, и, как пишет в своей книге Before the Storm наш друг барон С.Врангель-Рокасовский, именно они остались верны ему, когда началась разрушительная буря. 14 декабря 1914 года император прибыл во Владикавказ. Накануне о его визите сообщил журнал "Кавказ", так что сотни горожан, представляющих разные классы (знать, купцы, ремесленники, работники железной дороги) высыпали на улицы города поприветствовать своего царя. Уже наступали критические моменты для страны и царской семьи и, опасаясь, что император может стать жертвой нападения, в городе были предприняты строгие меры по обеспечению его безопасности. Тем не менее программа визита была насыщенной. Николай Второй присутствовал на торжественном молебне в главном соборе Владикавказа, в дар от духовенства города ему была преподнесена икона Св. Георгия Победоносца. Посетил он Кадетский корпус и другие учреждения, но основное внимание уделил военным госпиталям, беседам с ранеными офицерами и солдатами. Везде он был принят с большим волнением, а сам был тронут демонстрацией преданности ему.
Молодая девушка из дома благородных Адамовых решила в этот день остаться дома, шансов на самом деле увидеть императора было мало, а она не любила бывать в толпе. Неожиданно в дом вошел один из адъютантов императора, друг семьи князь Эристов. "Его Величество посещает город, я знаю, как сильно ты его любишь, и хочу показать тебе вагон, в котором он путешествует". Терять время было нельзя, и она последовала за ним, даже не поменяв платья. В поезде Эристов провел ее в малый салон – кабинет императора. В этот момент кто-то позвал его, и он вынужден был оставить девушку одну. На столе стояла фотография царевича, она наклонилась к ней, думая о жгучей боли родителей и их постоянной тревоге за своего страдающего неизлечимой болезнью сына. Молодая посетительница была натурой чувствительной, глаза ее наполнились слезами. В этот момент она услышала легкий шум за спиной и повернулась – перед ней стоял император. Вернувшийся адъютант представил девушку царю, добавив: "Это одна из наших дам".
"ВАШИ ДАМЫ ПЛАЧУТ", — СКАЗАЛ ИМПЕРАТОР, В СВОЮ ОЧЕРЕДЬ ВЗВОЛНОВАННЫЙ. Он понимал, что причиной внезапных слез молодой дамы могла стать фотография наследника престола. Поезд уже отправлялся в путь, и после нового поклона девушка сошла на перрон. Установленный на почтительном расстоянии помост был заполнен представителями власти. Среди них было много людей, знавших ее. Девушка одна осталась у поезда, она смотрела на императора, а он, глядя в окно, смотрел на нее добрыми глазами не только, пока поезд стоял, но и после, пока расстояние не отдалило лиц. Она встречалась с императором, который не забыл ее, еще не раз, во время обедов в его честь, данных в Петрограде и Москве. Это молодая армянская девушка Анаид Сарухан-Бек стала моей матерью. Она всегда хранила память о Николае Втором с любовью и уважением. Я хотел бы закончить эти несколько строк девизом графов Шереметьевых: Deus conservat omnia — "Господь да сохранит все".
