Известный американский политолог и публицист Джуд Руссо в своей статье «Что думает об Иране главный «мозг» Пентагона», опубликованной в The American Conservative 24 июля сего года, подверг резкой критике аргументацию замминистра обороны США по вопросам политики Элбриджа Колби, который в интервью The New York Times попытался обосновать нынешнюю военную кампанию Вашингтона против Ирана.
РУССО НАПОМИНАЕТ, ЧТО КОЛБИ ДОЛГОЕ ВРЕМЯ СЧИТАЛСЯ ОДНИМ ИЗ НАИБОЛЕЕ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНЫХ СТОРОННИКОВ стратегического разворота США к противостоянию с Китаем. Именно он был одним из архитекторов оборонной стратегии первой администрации Дональда Трампа, согласно которой главным вызовом для США является Пекин, а не Ближний Восток. В своей книге «Стратегия отрицания» Колби прямо утверждал, что регион Персидского залива не относится к числу приоритетных национальных интересов США, а ближневосточные войны лишь отвлекают ресурсы от главной стратегической задачи.
Однако, отмечает Руссо, теперь Колби оказался в положении чиновника, который вынужден защищать курс администрации, даже если тот противоречит его прежним взглядам.
Одной из центральных тем вышеупомянутого интервью стали опасения относительно запасов американских вооружений. Колби уверял, что проблемы сильно преувеличены, заявив: «Я считаю, что этот вопрос преувеличен… наиболее важные виды вооружений вовсе не находятся в дефиците… мы в хорошем положении».
Руссо относится к подобным заявлениям скептически. По его мнению, общественность не получает убедительных доказательств того, что американские военные ресурсы действительно достаточны, особенно на фоне сообщений о переброске вооружений с других стратегических направлений. Автор отмечает, что аргумент в духе «поверьте мне, а не собственным глазам» вряд ли способен развеять подобные сомнения.
Не менее уклончивыми, по мнению Руссо, были ответы Колби на вопрос о перспективах самой войны. Замминистра обороны отказался признать конфликт тупиковым, однако сделал это весьма неопределенно, сказав: «Я не думаю, что это обязательно так… Посмотрим». Руссо иронизирует, что подобные формулировки звучат совсем не так, как хотелось бы услышать от одного из главных стратегов Пентагона.
По словам Колби, успех операции требует лишь дополнительного времени. Он заявил, что необходимо позволить стратегии реализоваться, поскольку наряду с военной силой США используют дипломатическое и экономическое давление, включая восстановление санкционного режима против Ирана. Однако Руссо считает подобные аргументы малоубедительными. Он напоминает, что санкции на протяжении многих лет не смогли существенно изменить поведение Тегерана. Более того, именно санкционная политика способствовала усилению Корпуса стражей исламской революции, который научился эффективно обходить международные ограничения.
Особое внимание публицист уделяет заявленным целям военной кампании. Колби утверждает, что США стремятся лишить Иран возможности создать ядерное оружие и существенно сократить его военный потенциал, включая военно-морские силы, авиацию, ракетные программы и оборонную промышленность. Однако, считает Руссо, без устойчивого дипломатического соглашения подобная стратегия фактически превращается в бесконечный цикл периодических военных операций. До начала бомбардировок дипломатическое урегулирование казалось вполне достижимым, тогда как теперь вероятность такого исхода значительно уменьшилась.
ВАШИНГТОН РИСКУЕТ ОКАЗАТЬСЯ В СИТУАЦИИ ПОСТОЯННОГО «ПОДСТРИГАНИЯ ГАЗОНА» – регулярного нанесения ударов по Ирану без возможности окончательно решить проблему. Такой сценарий Руссо называет политически крайне нежелательным и стратегически нестабильным.
Скептически он оценивает и аргумент Колби о том, что ответные удары Ирана лишь подтверждают сохраняющуюся угрозу. Руссо замечает, что способность государства ответить военной силой после нападения является практически универсальным явлением и сама по себе не может служить достаточным оправданием продолжения войны. Подчеркивая, что из уст замминистра обороны США общество услышало лишь привычные формулы: «нужно больше времени», «нужно усилить давление», «мы пока не можем рассказать всей картины», «посмотрим».
«Когда разговор касается Ирана, всё сводится к одному и тому же: нужно больше времени, давления, полной картины нам пока не рассказывают, а дальше – «будет видно». Для человека, которого считают одним из главных стратегов Пентагона, подобные ответы звучат далеко не обнадеживающе. Неужели это всё, что они могут предложить?», — резюмирует Джуд Руссо.
