«Жизнь моя, иль ты приснилась мне?» Первая (в заголовке) строчка моя. Следующая – от Сергея Есенина. А объединены они печальной констатацией бренности человеческой жизни, мимолетностью этого самого «мига между прошлым и будущим» (это уже из песни на слова Леонида Дербенева), за который многие так и не успевают угадать, для чего их произвели на свет.
…НЫНЕШНЕЙ ЗАТЯЖНОЙ ВЕСНОЙ Я СЛУЧАЙНО ВСПОМНИЛ, ЧТО 60 ЛЕТ НАЗАД (представляете?) окончил школу имени Шевченко в Ереване (около Крытого рынка), услышал трели последнего звонка в незабываемом 1966 году. А теперь вот близко подошел к другому, самому последнему звонку, после которого вспыхивает свет, и приходится выходить из кинозала под названием «Жизнь».
Многих ровесников уже нет. А ведь совсем еще недавно они хорошо помнили майский школьный звонок с выпускным вечером 1966 года и невообразимым за всю школьную историю ажиотажем в толпах рвущихся в вузы абитуриентов. Ведь в Армении в тот год аттестаты получили 11-е и 10-е классы, и конкурс был запредельный. Мне удалось поступить на филфак ЕГУ (19 очков из 20), окончить и т.д. и т.п.
Но это все побоку. Просто хочется понять: многие ли из моего поколения добились в жизни того, о чем мечтали 60 лет назад? Глупый вопрос. Тем более, если учесть, что нам пришлось переселиться из социализма (не идеального, но не плодившего безработных, нищих, бездомных) в дикий капитализм, который не спешит приобрести относительно гуманные черты и действительно защитить права всех людей, а не только избранных – с толстыми кошельками.
Люди с советскими представлениями о жизни уходят, и это круто сказывается на политике. Ныне каждый интернет-грамотей и «профессиональный политик» поливает грязью весь советский период. Делает по заказу или искренне. Каждый день постоянно долбит все советское и деятельность Р. Кочаряна и С. Саргсяна т/к «Азатутюн». Спорить с такими «объективными знатоками» бессмысленно. Им не объяснишь, что когда в СССР человек рождался (имеется в виду наше послевоенное поколение, притормозите с 1937 годом), было известно, в какой детсад он пойдет, в какую школу, какой вуз окончит, где с дипломом или без будет работать, когда выйдет на пенсию и где его похоронят. Проблемы определенные, конечно, возникали, но решались. А сравнивать их с сегодняшним социальным положением очень многих «свободных» и «гордых» граждан РА и превозносить нынешние порядки могут только кретины, отморозки и предатели.
Кажется, опять отклонился в другую сторону. Ведь хотелось просто вспомнить тот незабываемый миг вступления во взрослую жизнь со всеми ее многообещающими прелестями. Наш 10-й класс, кстати, провел выпускное застолье аж в ресторане «Арарат» на пл. Ленина, пировали до утра. Пить спиртное тогда многие еще толком не умели. А вот курили почти все мальчишки. Я – нет.
В свои 17 лет мы были тогда весьма неопытными насчет взаимоотношений между мужчинами и женщинами. Конечно, какая-то влюбленность возникала, но без серьезных последствий. Кстати, ни одной супружеской пары из наших одноклассников не получилось. Однако все потом женились или вышли замуж. Или почти все.
Мы постепенно, маленькими шагами, входили в мир взрослых, которые оберегали наш возраст. Мы не ходили в церковь, да и большинство взрослых тоже не ходило. Но заповеди (не убий и т.д.) внушались всем другими различными способами (детсад, школа, книги, кино, искусство) и делали свое дело во многих умах и сердцах. Воздержусь от сравнения с тем, что происходит с детьми, подростками ныне. А к чему это приводит, на Западе обозначалось раньше и резче. Приходит черед и других «отстающих», научиться шагать в ногу с ЛГБТ временем. Только вот куда шагать и к чему это приведет всю планету?
ОЧЕНЬ МНОГОЕ В ЖИЗНИ МНОГИХ СЛОЖИЛОСЬ НЕ ТАК, КАК МЕЧТАЛОСЬ В ТОТ ВЫПУСКНОЙ ВЕЧЕР. Но не станем привередничать. Могло получиться гораздо хуже.
…У нас, доучившихся до 9-го класса в Чкаловской школе, на ул. Сарьяна, была традиция – собирались 31 августа каждого года в 13:00, после летних каникул, на углу улиц Гукасяна (ныне Парбеци) и Пушкина, около газеты «Коммунист», висящей под стеклом на стене дома. А потом шли в школу, к грозному директору Михаилу Нерсесовичу Ханбекяну, знакомились с расписанием уроков, чтобы с 1 сентября сесть за парты.
Тогда все было впереди. Теперь не совсем так. И вообще неизвестно, кто вообще придет на этот перекресток, если вдруг объявить о встрече 31 августа 2026 года. …На этой самой улице Гукасяна жили две девочки из нашего класса. Слева и справа. И в день рождения одной из них – 18 февраля – мы вдвоем с влюбленным в нее одноклассником Артуром зашли к Гаянэ К. домой и поздравили четверостишием:
В знак уваженья и любви до гроба,
За неименьем почестей других,
Мы дарим вам две плитки шоколоба
В надежде, что съедим одну из них.
Шоколоб мы, конечно, не съели. Посидели, посмеялись, поговорили и ушли уже однокурсниками во взрослую жизнь, которая оказалась вовсе не такой шоколадной.
Сегодня на этот путь вступает очередное поколение армянских девчонок и мальчишек. Не стану огорчать их классическим, мудрым афоризмом: «Если бы юность умела, если бы старость могла» (эту фразу Гаянэ тогда уже знала). Хочется пожелать им всем, оказавшимся в гораздо более сложном, чем наше, времени, справиться с проблемами и решить их, начиная с общих.
А самое главное – решить на своей, на нашей земле. Иначе это будет предательством по отношению ко всем, начиная с прародителя Айка и других предков со своего генеалогического древа.
Вы обязательно сможете, как смогли до вас многие поколения армян, которые задолго до появления официального гимна страны знали, что «блажен тот, кто гибнет за свободу своего народа».
Но не надо всем гибнуть. Пусть гибнут те, кто желает нашей смерти. Пусть передохнут! А мы будем жить и творить под сенью Арарата, передавая путевку в жизнь следующему поколению. Мы сумеем это сделать вместе – вчерашние, сегодняшние, завтрашние. В знак уважения и любви к нашей земле.
