Владимиром Путиным перед переговорами «тет-а-тет» наглядно продемонстрировали, какой глубокий кризис сегодня переживают армяно-российские отношения, которые, судя по всему, окончательно переходят из фазы «союзнического доверия» в фазу холодного прагматизма. Напряженность считывалась в каждом жесте и мимике лидеров двух стран.
Что сразу бросилось в глаза: протокольные встречи перед камерами лидеров Армении и России всегда проходили с акцентом на стратегическом партнерстве и общих планах. На сей раз официальная часть была предельно сухой, без протокольных улыбок и атмосферы «семейной» доверительности.
Путин озвучил ряд мессиджей, причем сделал это довольно жестко и предметно.
Нагорный Карабах
Президент России уделил особое внимание вопросу Нагорного Карабаха, подчеркнув, что эта тема «остается самой чувствительной до сих пор». Сделал он это неслучайно, желая подчеркнуть несостоятельность претензий Еревана к ОДКБ.
«ОЧЕВИДНО, ЧТО ПОСЛЕ ТОГО, КАК ВЫ В ПРАГЕ В 2022 ГОДУ ПРИЗНАЛИ, ЧТО КАРАБАХ ЯВЛЯЕТСЯ ЧАСТЬЮ АЗЕРБАЙДЖАНА, вмешиваться со стороны ОДКБ в процесс, который приобрел внутриазербайджанское измерение, было просто совсем некорректно», — сказал он Пашиняну, фактически указав, что ситуация в регионе радикально изменилась в результате решений, принятых самим Ереваном, и ответственность за политические и гуманитарные последствия целиком лежит на плечах руководства Армении.
Ответ Пашиняна – мол, он был вынужден признать Нагорный Карабах азербайджанским только «после аналогичных заявлений руководства РФ», не выдерживает никакой критики.
Во-первых, Россия всегда подчеркивала, что статус Карабаха – это вопрос будущего, который должен решаться путем переговоров. Пашинян же в Праге и Брюсселе закрыл этот вопрос окончательно и в одностороннем порядке, при этом не обеспечив даже минимальных гарантий для арцахцев.
Во-вторых, заявив, что он признал Нагорный Карабах частью Азербайджана только после аналогичных заявлений российской стороны, Пашинян фактически расписался в отсутствии собственной государственной стратегии. То есть что получается: премьер-министр Армении принимает судьбоносные решения для нации, основываясь на «публичных заявлениях» других стран, а не на конституции и национальных интересах собственной страны…
Конец политики «двух стульев»
Долгое время Ереван пытался усидеть на двух стульях, демонстративно сближаясь с Брюсселем и Вашингтоном, параллельно замораживая политические связи с РФ и военные – с ОДКБ, но при этом продолжая пользоваться всеми благами ЕАЭС и дешевыми российскими энергоресурсами.
НА ВСТРЕЧЕ В КРЕМЛЕ ПУТИН ПРЯМО ЗАЯВИЛ ПАШИНЯНУ, ЧТО ОДНОВРЕМЕННОЕ НАХОЖДЕНИЕ АРМЕНИИ В ЕАЭС И ЕС невозможно по определению. При этом он отметил, что Россия относится к дискуссиям Армении с Брюсселем «абсолютно спокойно», понимая стремление любой страны искать выгоду, но – предупредил о неизбежности выбора.
Ответ Пашиняна в очередной раз поразил своей политической инфантильностью и отсутствием государственного мышления. На данный момент, сказал он, повестки Еревана в отношениях с ЕС и ЕАЭС совместимы, и пока есть такая возможность, Армения будет продолжать их совмещать. Ну а когда процессы достигнут критической точки и возникнет необходимость принять окончательное решение, этот выбор, по словам Пашиняна, сделают граждане Республики Армения. Но лидер государства должен уметь просчитывать все риски и принимать стратегические решения, не доводя дело до некой «критической точки». Попытка же переложить ответственность на плечи граждан в сложнейших вопросах геополитических и таможенных союзов – это по сути признание в неспособности обеспечить устойчивый государственный курс.
Не менее абсурден пашиняновский тезис о совместимости «на данный момент» повестки Еревана в отношениях с ЕС и ЕАЭС. У этих союзов принципиально разные нормы права, технических регламентов и таможенных тарифов.
Экономика на грани: о чем на самом деле предупредил Оверчук
Вице-премьер России Алексей Оверчук на следующий день после встречи Путина и Пашиняна выступил с крайне тревожным для Еревана заявлением. В интервью ТАСС он заявил, что Армения «очень близко подошла к точке, после которой России придется по-другому выстраивать с ней экономические отношения».
ЕСЛИ МОСКВА ПЕРЕЙДЕТ ОТ СЛОВ К ДЕЛУ, ПОСЛЕДСТВИЯ ДЛЯ ЭКОНОМИКИ АРМЕНИИ МОГУТ СТАТЬ КАТАСТРОФИЧЕСКИМИ, тем более что западные «партнеры» не спешат предлагать компенсационные механизмы.
Ограничимся темой газа. Путин ведь не случайно на встрече с Пашиняном сравнил мировые цены на газ с льготными тарифами для Еревана. Армения получает российский газ по одной из самых низких цен в мире – примерно $165 за 1000 кубометров, в то время как мировые котировки колеблются в пределах $600. Вовсе не обязательно быть экономистом для того, чтобы понимать: трехкратный рост цены на газ неизбежно приведет к пропорциональному взлету тарифов на отопление и электроэнергию, в результате десятки тысяч семей окажутся на грани энергетической нищеты.
Эксперты предупреждают: энергоемкие предприятия (металлургия, производство стройматериалов, тепличные хозяйства) станут нерентабельными и будут вынуждены закрыться. Дешевые энергоносители – это единственное, что позволяет армянским товарам конкурировать на международном рынке. Рост себестоимости производства из-за дорогого газа сделает армянские продукты (от овощей до промышленной продукции) слишком дорогими. При одновременном введении Россельхознадзором таможенных барьеров армянский экспорт окажется заперт внутри страны без каких-либо шансов на быструю переориентацию на Запад.
Цена газа заложена в стоимость почти всех товаров и услуг. Резкое подорожание газа повлечет за собой галопирующую инфляцию: кратно подорожают транспорт, хлеб и все товары первой необходимости. Правительство будет вынуждено либо субсидировать тарифы из бюджета, что приведет к росту госдолга (который в годы правления Пашиняна вырос $8 млрд), либо оставить граждан один на один с рыночными ценами. Лишившись энергетических преференций, Армения рискует превратиться в депрессивную зону, полностью зависимую от внешних заимствований, которые Запад вряд ли предоставит в необходимом объеме для компенсации убытков от разрыва экономических связей с Россией.
Неподъемная цена: кто заплатит за смену курса?
Пока правительство Пашиняна пребывает в ожидании некоего «момента истины» и вместо честного диалога с народом кормит его байками о возможности «совмещения несовместимого», Армения теряет доверие ключевого союзника, при этом не получая осязаемых гарантий от того же Запада.
Переориентация на Запад в ущерб связям с Россией происходит в момент, когда сам Запад не гарантирует Армении ни безопасности от внешних угроз, ни экономического выживания. Москва четко заявила: льготный доступ в общую экономическую зону в случае продолжения недружественной политики Еревана закрывается. Цена такой политики для рядового гражданина Армении может оказаться неподъемной.
Микаел БАРСЕГЯН
