Заявление президента США Дональда Трампа о том, что Вашингтон жаждет смены руководства в Иране и желает видеть в этой стране «хорошего лидера», уже само по себе звучит как прямое вмешательство во внутренние дела суверенного государства. Однако ещё более шокирующими стали сообщения американской прессы о том, что Трамп допускает возможность поддержать ликвидацию нового религиозного лидера Ирана, если тот не согласится с требованиями США по ядерной программе.
ЕСЛИ ПОДОБНЫЕ ЗАЯВЛЕНИЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОТРАЖАЮТ РЕАЛЬНУЮ ПОЗИЦИЮ ВАШИНГТОНА (а они отражают, потому что озвучены устами главы государства), то очевидно, что мы становимся свидетелями не просто очередного витка геополитического цинизма. Речь идёт о демонстративном разрушении тех принципов, на которых формально строилась мировая система после Второй мировой войны.
Основой этой системы стал Устав ООН, закрепивший фундаментальные нормы международного права: уважение суверенитета государств, запрет агрессии и невмешательство во внутренние дела других стран. Эти принципы должны были стать барьером, который не позволит мировой политике снова скатиться в эпоху, когда судьбы государств решались исключительно силой.
Сегодня этот барьер разрушается на наших глазах.
Представим на минуту зеркальную ситуацию. Что произошло бы, если бы руководитель Ирана публично заявил о готовности ликвидировать президента США? Нет сомнений: подобные слова немедленно были бы названы актом международного терроризма. Западные столицы заголосили бы о необходимости жёстких санкций, а мировые СМИ круглосуточно обсуждали бы угрозу глобальной безопасности.
Но когда подобная риторика звучит из Вашингтона, она нередко подаётся как элемент «жёсткой дипломатии» или «политического давления». Именно в этой асимметрии и проявляется главный кризис современного международного порядка.
История последних десятилетий показывает, что подобная логика уже не раз становилась прологом к разрушительным войнам. В 2003 году США вторглись в Ирак, утверждая, что режим Саддама Хусейна обладает оружием массового поражения. Позднее оказалось, что такого оружия в Ираке не существовало. Однако страна была разрушена, а регион на долгие годы погрузился в хаос.
Сегодня практически зеркальная риторика используется в отношении Ирана. Заявляется, что цель военных действий — предотвращение создания ядерного оружия. Говорится о необходимости уничтожения оборонной инфраструктуры страны и необходимости смены режима. Всё это удивительно напоминает сценарий, который уже однажды привёл Ближний Восток к катастрофе.
ПРОБЛЕМА ЗАКЛЮЧАЕТСЯ НЕ ТОЛЬКО В САМОМ КОНФЛИКТЕ. ГОРАЗДО ОПАСНЕЕ ТО, что подобные заявления постепенно размывают саму идею международного права. Если лидеры крупнейших держав начинают открыто говорить о возможности устранения руководителей других государств, это означает, что принцип суверенитета превращается в ничто. В таком мире судьба стран снова определяется не нормами права, а исключительно соотношением силы.
Подобная логика опасна для всех — особенно для небольших государств.
Для таких стран, как Армения, разрушение фундаментальных принципов международного права означает не абстрактную дискуссию экспертов, а прямую угрозу безопасности. Малые государства традиционно опираются именно на международные нормы — на систему международных институтов, гарантии коллективной безопасности, и т.д. Когда же эти принципы начинают игнорироваться крупнейшими державами, малые страны оказываются в особенно уязвимом положении, где их судьба всё чаще зависит не от закона, а от политических интересов более сильных игроков.
Ярким примером столь разрушительной трансформации стала и судьба Республики Арцах. После финальной военной агрессии Азербайджана в сентябре 2023 года, в нарушение трехстороннего заявления от 9 ноября 2020-го и полного игнорирования мандата российского миротворческого контингента, все армянское население Арцаха было изгнано со своей родной земли. И Азербайджан не только не понес наказания за свои преступления против человечности, но еще и инициировал показательные судебные процессы над бывшими руководителями Арцаха, которых власти Азербайджана обвиняют в терроризме и приговаривают к пожизненным срокам только за то, что эти люди руководили, пусть и непризнанной, но созданной на основе референдума и демократических процедур Республикой. Подобная политическая расправа наглядно демонстрирует, сколь легко в современном мире можно объявить «террористом» любого политического оппонента, если международное право превращается в формальность.
Именно поэтому заявления вроде тех, что делает сегодня президент США по Ирану, нельзя воспринимать как просто жесткую политическую риторику. Они являются симптомом гораздо более серьёзного процесса — постепенного демонтажа той системы международных отношений, которая, при всех её недостатках, всё же сдерживала мир от прямого столкновения держав.
Сегодня всё чаще возникает ощущение, что эта система переживает глубокий кризис. И если она окончательно рухнет, мир может оказаться в эпохе, где главный аргумент снова будет звучать так же, как и столетия назад: право сильного.
А это уже не политика. Это возвращение к логике пещерной «дипломатии», при которой международное право превращается в пустышку.
