В интервью «ГА» кандидат филологических наук Енок ГРИШКЯН говорит о китайской системе образования.
— Г-н Гришкян, вы достаточно долго преподавали в Китае английский, знакомы с системой образования этой страны. Известно, что китайцы всегда очень хорошо учатся. Как вы считаете, стоит ли нам перенимать их образовательный опыт?
— В течение восьми лет я действительно работал в Китае, причем занимался преподавательской деятельностью на всех уровнях, начиная с детского сада и кончая вузом. До поездки в Китай я нескольких лет преподавал в ЕГУ латынь, то есть имел достаточное представление о системе образования в нашей стране и, когда оказался в Китае, многое, особенно поначалу, мне казалось непривычным и странным. Сейчас та система, которая используется там в детских садах, внедряется в школах Армении.
— Расскажите об этом подробнее.
— Знакомство с английским там начинается, когда ребенку 6-7 месяцев. Я не оговорился, именно так. Родители или няня привозят детей в детский сад, где они ежедневно, в течение 15-20 минут слушают английский.
— Но ведь обычно дети начинают говорить позже, даже на родном языке.
— Настоящее обучение иностранному языку в детских садах там начиналось с полутора лет, то, что происходило раньше, — скорее пассивное восприятие языка, предшествующее более глубокому изучению. А после того, как детям исполняется полтора года, они начинают посещать в садике двадцатиминутный урок английского языка. Обучение в основном сводится к запоминанию слов, при этом упор делается на визуальное восприятие. Например, если в задачи урока входит запоминание детьми названий фруктов, то учитель вместе с ними лепит фрукты из пластилина. Наглядность облегчает запоминание.
— Но ведь невозможно овладеть иностранным языком, начать на нем говорить, зная только слова, необходимо иметь хотя бы минимальное представление о грамматике. При овладении родным языком грамматика бессознательно усваивается при восприятии речи в естественной языковой среде, с иностранным языком все по-другому.
— Да. Поэтому, когда китайские дети лепят какой-то предмет из пластилина, учитель объясняет им весь процесс на английском. И они постепенно начинают воспринимать грамматику в моделях. А детей старше двух лет начинают учить читать на английском и параллельно они проходят китайские иероглифы.
— Но ведь в отличие от алфавита, в том числе и английского, где буквы обозначают отдельные звуки, иероглифы – пиктографическое письмо, они означают целые слова или понятия. Ребенок двух лет в состоянии параллельно воспринимать две совершенно разные системы письма?
— Эта проблема действительно существует. Но в Китае считается, что преодолеть ее ребенку под силу.
— Но китайский язык считается очень сложным, детям удается одновременно овладевать двумя такими разными языками?
— На самом деле китайский язык очень легкий, по крайней мере, в плане грамматики. Там нет ни глагольных времен, ни множественного числа, ни лица. Просто поначалу пугают иероглифы. Но если овладеть ими, остальное дается легко. А чтобы отличить прошлое от настоящего или будущего используются вспомогательные частицы, но к глаголу это никакого отношения не имеет.
— Но, наверное, и там не все дети ходят в детский сад, значит в первом классе оказываются ученики разного уровня подготовки…
— Да. В результате, когда дети в 7 лет поступали в школу, то те, которые начали изучать английский в детском саду, уже умели читать и писать на этом языке, правильно располагают слова в английском предложении, а тем, кто не посещал детский сад, приходилось все начинать с нуля. Поэтому некоторые из моих учеников сразу поступали в третий класс. На мой взгляд, более сложная другая проблема. В начальной школе там очень большие классы, число учеников может доходить до 75, а урок длится 30 минут, что значительно осложняет процесс обучения. Правда, в старшей школе число учеников в классе не превышает 30. Думаю, оптимальное число учеников в классе – 15 человек, тогда можно обеспечить полноценный учебный процесс и получить хорошие результаты. В Китае в младших классах учебный материал усваивают не все. Но там считается, что то, что ребенок не усвоил в школе, можно компенсировать за счет домашнего задания. В Китае оно огромное – 10-15 страниц по каждому предмету.
— И эти дети успевают справляться с таким огромным домашним заданием?
— Там очень ценится способность быстро усваивать материал, чтобы успеть приобрести максимальное количество знаний. При выполнении в классе письменных работ преимущество получают те ученики, которые закончили первыми. Приведу и другой пример. Если китайский ребенок посещает музыкальную школу, то он учится играть сразу на нескольких инструментах. Китайским школьникам приходится очень напряженно работать. Но это никого не пугает. Там совершенно другой подход к детям и обучению. Особое отношение к знаниям — особенность китайского менталитета. Нагрузка, напряжение, усталость ребенка не учитываются. Надо, и все! И это подход не только учителей, но и родителей, которых принято слушаться беспрекословно, причем в любом возрасте. Считается, что родители растят ребенка, заботятся о нем, поэтому их мнение по любому вопросу даже не обсуждается. Родители решают, какое образование получит ребенок, какую специальность выберет в будущем. Они требуют от ребенка максимального трудолюбия и усидчивости, самых высоких оценок, даже если это требует колоссальных усилий.
— И как это отражается на физическом и психическом здоровье детей?
— Думаю, чрезмерная нагрузка влечет за собой отрицательные последствия, но, возможно, если такой образ жизни считается не просто нормальным, а единственно возможным, то постоянные перегрузки не вызывают у ребенка отрицательных эмоций, а это существенно снижает негативное воздействие перегрузок. Не исключено также, что китайцы значительно более выносливы, чем европейцы. Но это всего лишь предположения, этот вопрос требует специального исследования
— А такой жесткий режим обучения дает результаты? Китайцы действительно очень хорошо знают английский?
— Колоссальные усилия, затрачиваемые в процессе учебы, не всегда дают желаемый результат. Хорошо владеющих английским там очень немного. Поэтому обеспеченные китайцы часто отдают детей в частные англоязычные школы, отправляют в Гонконг, нанимают учителей-иностранцев. Так я и попал в Китай. В китайских школах в основном учатся дети, родители которых люди со скромным достатком. Но я вернулся в Армению четыре года назад. Насколько мне известно, сейчас в китайской системе образования происходят серьезные преобразования. Возможно, подход к обучению станет более мягким и эффективным. Но принципиальные изменения в китайской государственной системе образования маловероятны, поскольку традиционный подход к обучению во многом обусловлен менталитетом.
— А как обстоят дела с системой высшего образования?
— В Китае я преподавал и в Технологическом университете. Там на моих лекциях присутствовало 56 студентов, из которых всего лишь 15 имели глубокие знания. Думаю, в вузовском обучении там много проблем, поэтому обеспеченные китайцы стремятся отправить своих детей на учебу в европейские и американские университеты. Китайские университетские программы по математике существенно уступают европейским, но, обучаясь в европейских вузах, китайские студенты справляются с решением задач гораздо быстрее, а трудолюбие и повышенное чувство ответственности всегда дает прекрасные результаты.
— То есть нам вряд ли стоит перенимать китайский образовательный опыт?
— Думаю, что это не совсем так. В Китае широко используются возможности наглядного обучения, игры и викторины, что дает хорошие результаты, по крайней мере при изучения иностранного языка. И сейчас в наших школах этот опыт успешно используется. Такие формы обучения более привлекательны и доступны для детей. Очень важно сделать процесс обучения, восприятия ярким. Но еще более увеличивать учебные нагрузки нам определенно не стоит. Скорее надо шире использовать современные технологии в области обучения, что позволит приобрести глубокие знания, не увеличивая нагрузку.
