В одном из январских номеров "ГА" рассказывал читателям об изменениях в законодательстве о собственности, вошедших в силу с нового года. В частности, речь идет о статье 225 Гражданского кодекса РА, регулирующей право на пользование жилплощадью. В соответствии с новой редакцией этой статьи, понятие "прописка" исчезает из нашего обихода. Взамен приходит регистрация в паспортном столе, абсолютно никаких прав на жилплощадь не предусматривающая.
РАЗНИЦА СОСТОИТ В ТОМ, ЧТО ПО СТАРОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ лица, прописанные до 1 января 1999 года, имели право не только на пользование жилплощадью, но и на получение денежной компенсации за причиненный им ущерб в случае, если собственник решит продать дом или произвести с ним какие-то операции. Размер суммы при этом определялся решением суда. Теперь этим правом обладают лишь те, кто успел заблаговременно (до 1 января сего года) заключить с собственником соответствующий договор. Кстати, по нашим данным, в установленный срок, составлявший 13 месяцев, в кадастр поступило лишь одно заявление такого рода.
Нововведения, актуальность которых для населения очевидна, разработали и приняли слишком быстро, поставив общество перед уже свершившимся фактом. Вместо того чтобы привлечь внимание к важнейшей теме, так или иначе затрагивающей все слои общества, публично обсудить ее, выслушать разные мнения, поправки приняли в обычном режиме, и последствия нововведения не заставили себя ждать.
СОВСЕМ НЕДАВНО В НОРАГАВИТЕ БРАТ-СОБСТВЕННИК ВЫСЕЛИЛ РОДНОГО БРАТА-НЕСОБСТВЕННИКА. И не одного, а с семьей. Просто поставил перед фактом, что они здесь больше не живут. Показал решение суда и попросил покинуть отчий дом как можно скорее. А когда брат-несобственник отказался понимать услышанное, на помощь брату-собственнику пришли представители власти — принудительные исполнители судебных актов. В итоге — семья из нескольких человек, с маленькими детьми оказалась на улице. Правда, получив компенсацию в несколько тысяч долларов.
С правовой точки зрения — не придерешься: все по букве закона. А вот "человеческий фактор" рассудил иначе. Улица однозначно встала на сторону несобственника, объявив собственнику бойкот. И дело не только в элементарной человечности: видимо, соседи поставили себя на место "потерпевших". Ведь в частном секторе очень многие оказались в аналогичной ситуации: десятилетиями проживали в домах, не имея не только документа о собственности, но даже прописки (говоря по-новому, регистрации).
Упущенное время не вернуть — сегодня привести ситуацию в правовое русло практически невозможно, и эти люди живут с сознанием, что их в любой момент могут выставить за дверь их же родственники. Выставить именем закона, без права на обжалование. В лучшем случае — с незначительной компенсацией.
ПРОКОММЕНТИРОВАТЬ СЛОЖИВШУЮСЯ СИТУАЦИЮ автор попросил старшего прокурора управления по надзору за законностью применения наказания и иных мер принуждения Генеральной прокуратуры, советника юстиции первого класса, кандидата юридических наук Александра СИРУНЯНА:
— Согласно статье 8 Конституции РА, в Армении признается и охраняется право собственности. Во всем мире действует принцип неприкосновенности собственности. Причем исключений — родственные связи, симпатии, какие-то заслуги — этот принцип не предусматривает.
Насколько я понял, основная проблема заключается в статье 225 Гражданского кодекса РА, согласно которой собственник может лишить проживающих на его жилплощади лиц права пользования и выдворить их. Это опять же является продолжением принципа неприкосновенности собственности и главенства права собственности. А чему удивляться? Подавляющая часть населения развитых капиталистических стран живет по найму.
— Это понятно, но в условиях нашей страны, где несобственники явно преобладают, не было ли введение такой формулировки статьи ГК РА, мягко говоря, преждевременным?
— Не думаю. Какая разница — принять такой закон через год или через 10 лет? Рано или поздно вопрос об абсолютной защите прав собственника встал бы. Хочу отметить, что подтекст таких вопросов несколько лиричен. Мы постоянно обращаем внимание на права проживающих и не думаем о тех, кто платил деньги при покупке квартиры, в отличие от тех, кто тем или иным образом в этой квартире просто прописался. Было такое понятие во времена социализма. Многим прописанным лицам до сих пор кажется, что они полноправные хозяева квартир наряду с теми, кто эти квартиры покупал.
— Но ведь нет никаких гарантий, что выдворенные собственниками жильцы не останутся без крыши над головой!
— До конца прошлого года закон предусматривал компенсацию проживающим лицам. Это и надо считать так называемым переходным периодом.
Жаль, что "так называемый переходный период" прошел для общества незаметно. Теперь же благодаря изменениям, которые, по всей видимости, принимались исключительно собственниками, несобственники попали в полную зависимость от последних. А ведь их значительно больше, чем собственников. Отметим, что пример, приведенный нами, отнюдь не единственный. И если государство защищает права только собственников, то у многочисленной армии несобственников остается одна надежда — на общественное мнение. Может, хоть это удержит некоторых собственников от непродуманных резких движений?
Menu
