Последние новости

ВЕРТИКАЛЬНОЕ ВОСХОЖДЕНИЕ

Весь жаркий июль в Национальном академическом театре оперы и балета им. А.Спендиарова прошел под знаком знаменитого хореографа Олега Михайловича Виноградова. За невероятно короткий срок силами ереванской балетной труппы им была осуществлена постановка прокофьевского шедевра "Ромео и Джульетта", премьера которого совпала с юбилеем выдающегося балетмейстера - 85-летием со дня рождения. Триумфальный успех премьерных спектаклей (а они шли три дня подряд) подтвердил: Олег Михайлович по-прежнему верен себе. И в своем солидном возрасте он в хорошей форме. Он, как и всегда, ищет неторных путей, оставаясь подлинным рыцарем театра.

ЗА ГОДЫ СВОЕЙ ТВОРЧЕСКОЙ ЖИЗНИ ВИНОГРАДОВ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНО РЕАЛИЗОВЫВАЛ свой огромный дар, отмечаясь во всех жанрах, даже изобретая новые, везде достигая вершины. Музыку выбирает очень серьезную и очень трудную. Органически не переносит стереотипы. Исполнителей ставит в условия сложные, обязывает думать, преодолевать инерцию. Неудивительно, что интерес к нему со временем не остывает. И сегодня дух его неукротим. Где бы он ни находился, он непременно становится, в конце концов, не только главным, а просто единственным, превращая всех вокруг в покорных слушателей.

В этом я убедилась в рабочей комнате Олега Михайловича в театре, куда пришла для беседы за неделю до премьеры. И здесь, и в репетиционном зале можно было заметить, как постепенно светлели лица у артистов, как уходили напряжение и неуверенность. Работал взахлеб, забыв о времени и усталости. Олег Михайлович успевает везде. Его совета спрашивают рабочие сцены, костюмеры, художники. "Олег Михайлович, до какой отметки опустить второй задник?" "Какой цвет платья Джульетты выбрать?"

Авторитет балетмейстера очевиден. Вопрос, как это достигается, отпадает сразу. Нужно только работать так, как он: талантливо, одержимо. Только так можно убедить людей в состоятельности своей концепции, в своем праве на лидерство.

Почему выбор пал именно на балет "Ромео и Джульетта"? Ведь именно он, Олег Виноградов, ставил этот балет на ереванской сцене 52 года назад. С этого вопроса мы и начали беседу с Олегом Михайловичем.

- Тема вечная и поэтому всегда актуальная. К тому же я никогда не повторяюсь, не копирую свои прежние постановки. Поэтому возникло у Карена Дургаряна желание пригласить на новую постановку, учитывая и время, в котором мы живем. Спектакль абсолютно не похож на тот, что я ставил полвека назад. Сегодня он стал острее, более тонким по стилистике и по соответствию эпохе. Он иной и по своей эстетике, решен в более живописном ключе, чем тот, что шел здесь тогда или те спектакли, которые ставились в Санкт-Петербурге, в Москве, Новосибирске. Связано это и со спецификой сцены в каждом театре.

За несколько месяцев до начала репетиций я приехал в Ереван, чтобы поближе узнать труппу после полувекового перерыва. Труппа значительно выросла, она стала лучше во всех своих компонентах. Изменился весь театр, и постановочная часть, и особенно солисты балета, которых я ставлю на самый высокий уровень. Хочу заметить, что солистам ереванской труппы мог бы позавидовать любой театр самого высокого уровня. Это танцовщики высочайшего класса, технически обученные, как это ни странно, с хорошей школой.

 ВЕРТИКАЛЬНОЕ ВОСХОЖДЕНИЕ- Звучит это как откровение, Олег Михайлович. Ведь наши артисты, впрочем, как и все мы, пережили тяжелые времена - Арцахскую войну, пандемию, потери… Да и внимание руководства к балетной составляющей театра было значительно меньше, чем к оперной.

- И тем не менее. Таких солистов сегодня нигде нет. Мне было приятно репетировать, в особенности с мужчинами. Я шел на репетиции как на праздник. Заметно изменилось и состояние всего театра. Он на подъеме. Позиция руководства театра - иметь сильную балетную труппу, лучшую в мире - полностью совпадает с моим желанием. Я знаю, как это сделать. И если и дальше нам суждено работать вместе, мы превратим эту труппу в одну из лучших в мире.

- Вы находите, что у нашей балетной труппы большой потенциал?

- Несомненно. Уверенный в том, что меня услышат многие, ответственно заявляю: я рад представить миру одну из лучших трупп, находящуюся сегодня на самом высоком профессиональном уровне. И если в дальнейшем представится возможность, я бы хотел здесь поставить все свои спектакли.

- Это было бы чудесно. Дай бог, чтобы желания совпали с возможностями. Скажите, Олег Михайлович, вам хватило репетиций?

- Да, хочу сказать в присутствии руководителей балета, которые здесь. Мне была обеспечена абсолютно идеальная атмосфера для работы, спланирован график репетиций - словом все, чтобы всем нам комфортно было работать. Претензий к театру нет, напротив, только благодарность. Меня и мою супругу устраивает то, что в течение всего этого времени мы находились в замечательной, дружелюбной атмосфере и на улице, и в театре. Это та атмосфера, в которой мы хотели бы жить и работать.

- То, что вы говорите, лишь подтверждает истину: искусство впрямую не зависит от политической ситуации, социальных условий.

- Искусство - это категория интеллекта, совести. Но даже люди, далекие от искусства, должны находиться в той атмосфере, о которой мы говорим. Когда я вхожу в театр и встречаю глаза, светящиеся радостью, мне хочется поклониться и сказать "спасибо". Конечно, чтобы стать артистом балета, мало иметь хорошие физические данные. Артист балета - это самая исключительная профессия, где важно все - эстетика, широкое образование, знание архитектуры, живописи. Это и культура поведения плюс техническая и физическая форма. Не каждого можно взять в балет. Балетные артисты - это особенные люди, которых Бог наградил идеальной пропорцией ног, шеи, головы… И самое главное, это единственное искусство, которое развивает данное богом тело. Оно делает его еще лучше.

- Трудно забыть походку Вилена Галстяна…

- Вы напомнили мне одного из моих лучших друзей, с которым мы общались долгие годы. Благодаря Вилену я оказался в Армении впервые полвека назад. Потом мы с ним встречались в Корее, в Америке, куда он приезжал с супругой и сыном. Сейчас я испытываю к Вилену глубокую благодарность за то, что он создал прекрасную труппу и замечательный спектакль "Гаянэ". Это сугубо армянский спектакль, ставший интернациональным. Сохранив фольклор, Вилен осуществил спектакль, основанный на принципах настоящей классической школы балета. Это настоящий классический балет на фольклорной основе. Вот что примечательно.

- У вас были встречи и с другими деятелями армянского искусства. Они также оставили глубокий след?

- Встреча с Сергеем Параджановым, например. Опять благодаря Вилену я посмотрел картину "Цвет граната", которую я ставлю выше всех фильмов, увиденных мной в жизни. Мы не раз потом встречались с Параджановым и в Грузии, и в России, много говорили о балете, который он очень любил. У Параджанова я учусь до сих пор, учусь режиссуре, тому, как строить кадр. Это величайший художник. Счастлив, что с ним общался.

 ВЕРТИКАЛЬНОЕ ВОСХОЖДЕНИЕ- Вы прекрасно знали и Арама Хачатуряна, но ни одного его балета до сих пор не поставили. Почему?

- С Арамом Ильичем у нас была подлинная дружба, которая длилась до конца его жизни. Он очень высоко оценил в свое время мой дебют в Большом театре. И с тех пор мы регулярно встречались с ним в Москве или Петербурге. И при каждой встрече он спрашивал: "Ну когда ты поставишь "Гаянэ"? Ты обязательно должен поставить этот балет". Мне очень нравится его музыка и в "Спартаке", и в "Гаянэ", и в "Маскараде". Я знаю наизусть его музыку. У меня до сих пор есть желание поставить балет "Гаянэ". Однако я до сих пор не могу найти ключ к сюжету. И очень хочется, чтобы я или кто-то из моих учеников поставили его другой балет - "Маскарад". Потому что это петербуржский балет. Я думаю, что его постановка у нас еще впереди.

- Олег Михайлович, сейчас раздается много критики в адрес русского балета. Чем это объяснить?

- А судьи кто? Мне и реагировать не хочется на их критику. Скорее всего, это малообразованные люди, которые и понятия не имеют о балете. Их мнения меня не волнуют. Естественно, спектакли рождаются, живут, умирают - так происходит обновление репертуара. И не каждый спектакль - эпохальное произведение, достойное войти в историю. Я уже говорил однажды, что спектакли не погибают окончательно, они превращаются в некую питательную среду, почву для нового. Труппа должна постоянно развиваться, осваивать новые стили и формы хореографического мышления. Вот почему я считаю, что необходимо привлекать к работе разных балетмейстеров, в том числе и зарубежных, если направление их поисков созвучно эстетике данного театра.

- Вы приверженец классического балета или современного?

- Классического. Обладая классической школой балета, я могу создать любой современный балет.

Во время беседы в комнату зашел один из солистов балета. Олег Михайлович сразу оживился. "Это звезда мирового балета. И он не один такой. Это новая школа завтрашнего дня не только армянского балета, но и мирового. Их не стыдно показывать везде. Рядом с ними мало кого можно поставить".

- К сожалению, у нас нет таких менеджеров высокого класса, чтобы их продвигать.

- Пока нет. Но еще не вечер. Везде, где я буду находиться, буду говорить, что есть такая труппа, господа, которую вы не знаете, которая вам и не снилась.

Вспомнив предыдущий вопрос, Олег Михайлович продолжает:

- Сейчас Ковент-Гарден отказывается от классических спектаклей. С ума сошли. Англичане все пытались достичь уровня российского балета: приглашали наших балетмейстеров, репетиторов. Я в Ковент-Гардене тоже работал. А сейчас там никого не осталось. Жулик на жулике сидит. И все делают так, чтобы танцовщикам на сцене неудобно было танцевать.

- Лет тридцать назад в Америке вы создали Балетную академию на основе Петербургской школы балета. Расскажите об этом.

- Я был приглашен американским президентом. Первый поднял занавес для России балетам Баланчина.

Напомним, что именно О. Виноградов, будучи главным балетмейстером Малого театра оперы и балета, пригласил шведского хореографа Э.М. фон Розен поставить "Сильфиду" - шедевр А.Бурнонвиля. Это был первый опыт сотрудничества с западными коллегами. С тех пор уникальный балет, с которого началась эпоха романтизма, занял особое место в репертуаре многих советских театров. Он первый поднял железный занавес для Баланчина, Джерома Роббинса, Ролана Пети и других зарубежных хореографов. Виноградову принадлежит идея постановки на сцене Кировского театра одного из лучших спектаклей современного французского хореографа Ролана Пети "Собор Парижской богоматери". Как отмечают российские критики, "этот балет, пронизанный удивительным светом человечности, позволил совершенно по-новому раскрыться многим известным солистам труппы, в нем впервые громко заявило о себе молодое поколение артистов балета".

- Балеты западных хореографов основаны совершенно на иной стилистике, отличной от системы классического танца, требуют иных принципов координации и устойчивости, другой формы физической подготовки. Но, владея школой классики, наши артисты успешно преодолевают возникающие технические трудности. И сегодня мои артисты не убегают на Запад, чтобы танцевать то, что они хотят. Они танцуют в Санкт-Петербурге.

- Олег Михайлович, вы с Якобсоном общались? Как вы воспринимали его хореографию? Мне посчастливилось увидеть некоторые его спектакли во время гастролей его труппы в Тбилиси. Это было ново, незабываемо.

- Якобсон - выдающийся балетмейстер-новатор. Я с ним много общался, учился на его спектаклях. Мои учителя, которых я застал, визуально меня не учили. Я учился у талантливого хореографа-новатора Голейзовского, Якобсона, Григоровича, с которым я работал и который и пригласил меня в Большой театр, у обожаемого мной Игоря Моисеева, который меня пригласил возглавить ансамбль классического балета, организованный им.

- А за что так преследовали Якобсона?

- А кто преследовал больше всего? Соперники. Псевдохореографы, которых рядом с Якобсоном и поставить невозможно. Они клеймили Якобсона везде и всюду, кстати Григоровича - тоже.

- Вам, видимо, тоже досталось в свое время?

- Досталось. От них же. Потому что в 24 года я поставил "Золушку" в Большом театре. Тогда в Большом "Золушка" гремела в постановке Захарова. А я поставил совершенно другую "Золушку", свою, которую сразу же повезли в Париж. "В Париже неизвестный хореограф из холодной Сибири сделал такой спектакль, который может растопить льды" - так писали в столице Франции. А в 25 лет мне доверяют поставить "Ромео и Джульетту"…

В этот момент к Виноградову зашел Норайр Меграбян. Надо было видеть радость, блеснувшую в глазах Олега Михайловича.

- Я хочу представить вам моего друга, который танцевал в моей первой постановке "Ромео и Джульетта" в Ереване в партии Тибальда. Он - одно из сильных впечатлений сейчас, когда я вижу его в другом качестве. Это тот редкий случай, когда замечательный танцовщик становится супер-хореографом. Снимаю шляпу перед ним за ту хореографию, которую он представил со своим маленьким коллективом под названием "Дружба". Название неудачное. Это настоящий балетный театр Норайра Меграбяна. Он должен называться только так. Это балетный коллектив международного уровня прежде всего по хореографии, профессионализму. Он подготовил программу, организованную идеально, в которой нет ни одной ошибки, не к чему придраться. Интервалы, уровень отдачи, поклоны - все замечательно.

 ВЕРТИКАЛЬНОЕ ВОСХОЖДЕНИЕ- Принято думать, что в своем отечестве пророков нет. Но мы очень любим маэстро Меграбяна.

- А театр у вас есть? - спрашивает Олег Михайлович у Меграбяна. - Где ваша база? В филармонии? Вы должны иметь свой театр.

- Олег Михайлович, каждый большой художник на протяжении своего творческого пути проходит какие-то важные этапы. Может, назовете самые определяющие, главные вехи своего пути.

- Мне повезло. С самого начала своей деятельности я встретился с такими людьми, которых до сих пор вспоминаю с благоговением.. О некоторых я уже говорил. Это Игорь Моисеев, Юрий Григорович, Параджанов, Баланчин, Морис Бежар, Якобсон, Джанни Версаче, Марк Шагал… Я еще застал в Италии Джорджо де Кирико, предшественника сюрреализма. Эти люди учили меня тому, чему не могут научить ни один университет или академия. Это один этап моей жизни. И еще один этап - это то, что я окончил лучшую школу в мире - Вагановскую академию - и выпускался вместе с Рудольфом Нуриевым. И потом, важно то, что хореографом меня сделал Новосибирский театр, где я поставил первые свои балеты. Важно также, что я встретил Юрия Григоровича, учился на его спектаклях, а затем он пригласил меня в Большой театр.

- Извините за бестактность, в вашем возрасте мечты посещают?

- В моем возрасте… Я благодарю Господа Бога ежедневно за то, что живу в этом прекрасном возрасте. Что рядом со мной - вот это чудо (оборачивается к жене), с которой мы вместе уже 40 лет. В этом возрасте я еще хорошо двигаюсь. Не устаю. И слава богу!

- Свое восторженно-эмоциональное отношение к жизни вы пронесли через всю свою жизнь или это пришло с возрастом, вместе с мудростью?

- Я бы хотел сказать, что я это еще не конца пронес. Хотел бы пронести этот восторг еще дальше…

- А отношение к вам тоже восторженное?

- А как вы думаете? Театр, которым я руководил 23 года, где создал лучшие свои спектакли, известные на весь мир, руководитель театра уничтожил все мои спектакли. Ни один спектакль не идет на сцене…

- Может, с этим связан ваш переезд в Америку?

- А мы не переехали в Америку. Мы жили в Питере и будем жить всегда. Потому что лучшего города в мире нет. Как можно жить в Америке? Там нет культуры, нет архитектуры. Если в Петербурге у нас каждое здание - архитектурный шедевр, то в Америке - это постройки, функциональные постройки, которыми нельзя любоваться.

- В одном из своих интервью вы признались, что на вас было совершено три покушения.

- Меня трижды хотели убить. Бандиты в 90-е. Почему? Потому что театр гремел по всему миру. Мы привозили после гастролей в Россию по миллиону долларов каждый. Артист балета получал 120 долларов в день. Поэтому зависть. Бандитизм. Хаос в стране. Это в начале 90-х. Период вседозволенности, период таких руководителей, как Горбачев, Ельцин…

Олег Михайлович, из современных хореографов кого бы вы отметили?

- Один из самых талантливых хореографов России, которого, к сожалению, мало знают, - это Дмитрий Брянцев. Сегодня вижу в его репертуаре одну из лучших работ - "Дорога". Когда меня пригласили в Мариинский театр в 77 году, первым моим шагом в качестве директора было пригласить Дмитрия Брянцева. Он сделал целую программу шедевров - балетных номеров. После Якобсона, Григоровича, Моисеева Брянцев - самый талантливый хореограф. Вот Меграбян его хорошо знает. Потому что мы - советская школа. Мы тогда знали друг друга, интересовались достижениями своих коллег.

И еще одного хореографа назову - Бориса Эйфмана. Это исключение изо всех правил. Мы с ним развивались параллельно, но он вопреки всему сумел продержаться, создать свой индивидуальный театр современного балета. Это талантливый человек, талантливый организатор и хореограф, который по праву имеет свою школу, отличную от школы Вагановой, имеет свой собственный театр, и ему построят еще один. Это объективно. Он это заслуживает, потому что он художник-труженик. А у вас рядом с Театром оперы и балета должен быть еще один театр - Театр Норайра Меграбяна.

В комнату снова вошли. И Олег Михайлович вновь оживляется.

- Я должен представить двух девочек-балерин, двух завтрашних звезд, которые впервые будут танцевать в таком сложном спектакле. Два состава Джульетт: Карина Шиканян и Анаит Василян. То, что театр сегодня находится на таком уровне и может себе позволить поручать ответственную партию начинающим артистам, говорит об уровне труппы, о ее международном уровне. А вот и великолепный Ромео - Размик Марукян. Всех троих нигде не стыдно показывать… Риск оправдан.

- Как я поняла, вы занимаетесь всем - и костюмами, и сценографией, и массой других проблем…

- Занимаюсь. Когда я впервые решил поставить этот спектакль, постановку Лавровского с Улановой в главной роли еще не видел. Я видел только один фрагмент, который был в фильме, он назывался "Большой концерт". Это танец рыцарей. Он поставлен замечательно. Но не красть же номер у Лавровского! И вот у меня довольно долго идут сценические репетиции, а я пропускаю этот номер, не знаю, как к нему приступить. Мне помогло то, что долгие годы я учился у этого города - Петербурга, где есть скромное место (улыбается. - Н.Г.), которое называется Эрмитаж, где собрана вся мировая культура. Там был зал, который я очень любил, - зал рыцарских доспехов, где рыцари сидят на конях. Там же я видел колоссальные гобелены рыцарских турниров, рыцарских кланов. И вот тогда, когда я все это вспомнил, нашел в книгах коллективные портреты семей, для меня все стало на свои места. Я и создал этот танец как съезд рыцарских кланов. Семь рыцарских, самых знатных семей, которые и делают этот танец: танец рыцарей.

- Чтобы прийти к такому решению, надо обладать метафорическим мышлением.

- Вы сказали важную фразу, это должны знать как азбуку все хореографы. Хореографическое метафорическое мышление в балете - это основа основ. Этому я учился у Юрия Любимова, которого я пригласил на постановку своего балета, чтобы научиться у него режиссуре. И мы с ним вместе поставили один из самых интересных спектаклей - "Слово о полку Игореве", который прогремел на весь мир.

- По какому принципу вы строите репертуар балетной труппы?

- Когда я руководил балетной труппой Кировского театра, моей концепцией было создать хореографический Эрмитаж, где тридцать процентов традиционной классики петербургской школы, одна треть спектаклей современного международного уровня хореографов (российских и зарубежных) Бежара, Роббинса, Баланчина и десять процентов спектаклей театра - Олега Виноградова, потому что больше мне бы никто не простил. Норайр Меграбян создал свой театр, Эйфман - свой. Может, когда-нибудь и будет театр Виноградова, тогда бы я поставил все свои спектакли. А так мой принцип: все лучшее, что есть в мире, собрать в том театре, которым я руковожу.

- Какова концепция ваших спектаклей?

- Самое главное, что я хочу, это чтобы публика вынесла из моих спектаклей чувство красоты. Красоты сюжета, драматургии, красоты декорации, эстетики взаимоотношений, одухотворенности, поэзии. И, конечно, мой идеал в балете - женская красота. Несмотря на это, балету абсолютно необходимо и мужское начало, поскольку элемент эротики важен абсолютно в этом виде искусства. Вы меня спросили, отчего страдал Якобсон. Потому что первый хореограф, который стал включать в свои программы допустимую форму красоты, был он, Якобсон, перед которым я преклоняюсь. Он боготворил Родена и поставил свои потрясающие миниатюры. И в этом смысле значение мужского начала в хореографии - очень важный фактор, потому что помогает женщине развить то посланное богом начало, которое необходимо в жизни.

    ПОСЛЕДНИЕ ОТ АВТОРА

    • ТЕАТР: СЕГОДНЯ И ВСЕГДА
      2022-09-22 09:12
      5740

      Кажется, что отрицательная энергия, которая скапливается в умах и сказывается в поступках, в нашей стране в этом году достигла своего пика. Политические прогнозы, мягко говоря, не очень хорошие для Армении, и в них хотелось бы сомневаться, но… Видимо, мы еще не достигли самого края пропасти. И все же настрой оптимистический: мне кажется, что мы так глубоко нырнули в пучину, что, как задыхающиеся пловцы, будем выныривать на поверхность, и жадно глотать воздух, воздух надежды и жизни.

    • ФЕСТИВАЛЬНЫЙ СЕЗОН В РАЗГАРЕ
      2022-09-13 08:16
      8149

      В Большом зале филармонии им. А. Хачатуряна стартовал 14-й Ереванский международный фестиваль музыки Как быстро летит время! Вроде бы еще совсем недавно -15 лет назад был проведен первый, музыкальный фестиваль исполнителей новой волны, когда наш соотечественник, молодой виолончелист с мировым именем Александр Чаушян, живущий ныне в Великобритании, собрал вместе с главным дирижером Национального филармонического оркестра Эдуардом Топчяном славную команду артистов экстра-класса и привез в Ереван. Эта инициатива была поддержана Министерством культуры РА и претворена в жизнь. Марафон словно распахнул окно в широкий мир и позволил слушателям познакомиться с новыми именами.

    • ПОРТРЕТ В ТВОРЧЕСТВЕ ФАРАОНА МИРЗОЯНА
      2022-09-12 08:28
      6460

      Является ли портрет одной из сильных сторон творчества народного художника Армении Фараона Мирзояна? Ответ может быть не однозначен. Можно лишь сказать, что он страстно любит работать в портретном жанре. Несмотря на многосторонность и широту своих интересов, художник неизменно обращается к этому жанру искусства, поверяя ему свои самые смелые искания, видя в нем высшее проявление человеческого духа и мастерства живописца.

    • ДУША ЕГО - В ПЕСНЯХ (Видео)
      2022-08-29 09:53
      8789

      Когда мы впервые услышали его голос? Наверное, в начале 90-х, когда на эстраду вдруг неистово хлынула молодежь. Когда жизнь только открывала свои возможности, обещала счастье, любовь и радость. Это время породило для многих новые иллюзии и новые надежды. Люди стали свободно выражать свои мысли и чувства.






    ПОСЛЕДНЕЕ ПО ТЕМЕ